Суд. Основы

Категории:

Превью статьи:

ОБРАЗЕЦ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ЖАЛОБЫ ( с указанием норм) В судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного судаадрес: 344038, г. Ростов-на-Дону,пр-т. Михаила Нагибина, д. 28/1, тел.:(863) 245-66-13, E-mail: ovs.skav@sudrf.ru через Махачкалинский гарнизонный военного судадрес: 367009, Республика Дагестан,г. Махачкала, ул. Керимова, д. 23А,тел.: (8722) 69-34-20, Административный истец: Колева Елена Борисовна бывшая военнослужащая Службы в г. Дербенте Пограничного Управления ФСБ РФ по РД проживающая по адресу: 368608, Республика Дагестан, г. Дербент,ул., », кв. , тел. 8-000000007, E-mail: l0000000@mail.ru Административный ответчики: Начальник Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан генерал-лейтенант Беров А.Н., адрес: Республика Дагестан, г. Каспийск, ул. Пограничная, д. 1, Начальник Службы в г. Дербенте Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан генерал-майор Пубный М.В., адрес: Республика Дагестан, г. Дербент, ул. Зои Космодемьянской, д. 3 Госпошлина: 150 рублей Апелляционная жалоба на решение Махачкалинского гарнизонного военного суда по административному делу №2а-238/2019 по административному исковому заявлению бывшей военнослужащей Службы в г. Дербент ПУ ФСБ России по РД прапорщика в отставке Колевы Елены Борисовны об оспаривании действий начальника Пограничного управления ФСБ России по РД и начальника Службы в г. Дербенте ПУ ФСБ РФ по РД, связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава воинской части 6 августа 2019 года я обратилась в Махачкалинский гарнизонный военный суд с административным исковым заявлением, в котором просила: — признать незаконными и отменить приказы начальника Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан (далее – Пограничное управление) от 07.06.2019 № 230-ЛС в части моего увольнении с военной службы и начальника Службы в г. Дербенте ПУ ФСБ России по…

Видео: Исключили из списков ЛС а денег не дали , отпуска не дали судебная история
Видео: Нет-ответа-на-рапорт-еще-один-образец-действий-Офицера-1-1.

ОБРАЗЕЦ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ЖАЛОБЫ ( с указанием норм)

В судебную коллегию по административным делам

Северо-Кавказского окружного военного судаадрес: 344038, г. Ростов-на-Дону,пр-т. Михаила Нагибина, д. 28/1, тел.:(863) 245-66-13, E-mail: ovs.skav@sudrf.ru

через Махачкалинский гарнизонный военного судадрес: 367009, Республика Дагестан,г. Махачкала, ул. Керимова, д. 23А,тел.: (8722) 69-34-20,

Административный истец:

Колева Елена Борисовна

бывшая военнослужащая Службы в г. Дербенте

Пограничного Управления ФСБ РФ по РД

проживающая по адресу:

368608, Республика Дагестан, г. Дербент,ул., », кв. ,

тел. 8-000000007, E-mail: l0000000@mail.ru

Административный ответчики:

Начальник Пограничного управления ФСБ России

по Республике Дагестан

генерал-лейтенант Беров А.Н.,

адрес: Республика Дагестан,

г. Каспийск, ул. Пограничная, д. 1,

Начальник Службы в г. Дербенте

Пограничного управления ФСБ России

по Республике Дагестан

генерал-майор Пубный М.В.,

адрес: Республика Дагестан,

г. Дербент, ул. Зои Космодемьянской, д. 3

Госпошлина: 150 рублей

Апелляционная жалоба

на решение Махачкалинского гарнизонного военного суда по административному делу №2а-238/2019 по административному исковому заявлению бывшей военнослужащей Службы в г. Дербент ПУ ФСБ России по РД прапорщика в отставке Колевы Елены Борисовны об оспаривании действий начальника Пограничного управления ФСБ России по РД и начальника Службы в г. Дербенте ПУ ФСБ РФ по РД, связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава воинской части

6 августа 2019 года я обратилась в Махачкалинский гарнизонный военный суд с административным исковым заявлением, в котором просила:

— признать незаконными и отменить приказы начальника Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан (далее – Пограничное управление) от 07.06.2019 № 230-ЛС в части моего увольнении с военной службы и начальника Службы в г. Дербенте ПУ ФСБ России по РД (далее — Службы) от 15.07.2019 № 155-ЛС в части моего исключения из списков личного состава воинской части и восстановить меня на военной службе в прежней (или равной) должности;

— обязать начальника Службы в г. Дербенте предоставить мне возможность продолжения и завершения послеоперационного лечения, с последующим прохождением полного медицинского освидетельствования на предмет определения годности к военной службе при определившемся врачебно-экспертном исходе, перед предстоящим увольнением с военной службы;

— обязать начальника Службы в г. Дербенте продлить мне нереализованный основной отпуск за 2019 год на соответствующее количество дней болезни после завершения послеоперационного лечения и прохождения процедуры военно-врачебной комиссии;

— взыскать с ответчиков солидарно государственную пошлину в размере 300 рублей и оплату услуг представителя в суде в размере 40 000 рублей.

Определением от 26 августа 2019 года было прекращено производство в части моих требований к начальнику Службы в г. Дербенте о возложении на него обязанности предоставить мне возможность продолжения и завершения послеоперационного лечения, с последующим прохождением полного медицинского освидетельствования на предмет определения годности к военной службе при определившемся врачебно-экспертном исходе, перед предстоящим увольнением с военной службы.

26 августа 2019 года Махачкалинским гарнизонным военным судом под председательством судьи Белкина А.В. было вынесено решение об отказе в удовлетворении моего административного искового заявления.

Постановленное судом решение, по моему мнению, не в полной мере соответствует обстоятельствам дела, вынесено с некоторыми нарушениями норм материального и процессуального права, не отвечает требованиям законности и обоснованности, ущемляет мои законные интересы и права, что выражается и подтверждается нижеследующими обстоятельства и доказательствами.

Согласно ч. 1 ст.176 КАС РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. При этом в силу ч.2 данной статьи суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как разъяснено в п. п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003г. № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 6 статьи 15 КАС РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 60 — 61, 64-65 КАС РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Исходя из положений статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом, со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 60-61 КАС РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 3 названного Кодекса.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлениями дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия,

вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Между тем требования вышеприведенных правовых норм и разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума, судом первой инстанции выполнены не были. Суд не установил указанные выше юридически значимые обстоятельства. Таким образом, принятое по делу решение суда не отвечает приведенным требованиям ст. 176 КАС РФ.

В силу ст. 295 КАС РФ решения суда первой инстанции, не вступившие в законную силу, могут быть обжалованы в апелляционном порядке в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей главой данного Кодекса. Право апелляционного обжалования решения суда принадлежит сторонам и другим лицам, участвующим в деле.

Согласно ст. 310 «Основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке» КАС РФ:

1. Решения суда первой инстанции подлежат безусловной отмене в случае:

1) рассмотрения административного дела судом в незаконном составе;

2) рассмотрения административного дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

3) необеспечения права лиц, участвующих в деле и не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство, давать объяснения, выступать, заявлять ходатайства, подавать жалобы на родном языке или на любом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика;

4) принятия судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в административном деле;

5) если решение суда не подписано судьей или кем-либо из судей либо если решение суда подписано не тем судьей или не теми судьями, которые входили в состав суда, рассматривавшего административное дело;

6) отсутствия в деле протокола судебного заседания;

7) нарушения правила о тайне совещания судей при принятии решения.

2. Основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для административного дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для административного дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам административного дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 3. Неправильным применением норм материального права являются: 1) неприменение закона, подлежащего применению; 2) применение закона, не подлежащего применению; 3) неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Верховного Суда Российской Федерации.

4. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение или неправильное применение привело к принятию неправильного решения.

5. Правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по формальным соображениям.

Указанные в КАС РФ основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке при вынесении судом первой инстанции своего решения имели место быть, что является основанием для отмены или изменения решения Махачкалинского гарнизонного военного суда под председательством судьи А.В. Белкина в апелляционном порядке.

1. Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для административного дела

1) Следует отметить, что мне из ответа УФСБ России по Республике Дагестан от 10.09.2019г. № К-2008 на мое обращение от 02 сентября 2019 года рег. № К-2008 стало известно, что ранее на момент моего медицинского освидетельствования 28 марта 2014 года в соответствии с пунктом 186 Инструкции о военно-врачебной экспертизе в органах федеральной службы, утвержденной приказом ФСБ России от 29 июня 2004г. № 457, было оформлено два экземпляра справки о тяжести увечья в период военной службы. Первый экземпляр справки был направлен в подразделение кадров по моему месту прохождения военной службы. Второй экземпляр справки хранится в акте медицинского освидетельствования в акте медицинского освидетельствования ВВК МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан. Кадровым подразделением Службы данное обстоятельство от меня было скрыто. Поэтому я не смогла его предоставить в суд. Хотя данная справка имеет определяющее значение для моего медицинского освидетельствования.

2) Особо следует констатировать, что судом осталось без внимания и должной оценки Заявление в судебном заседании представителя Службы в г. Дербент юрисконсульта майора юстиции Н.В. Гиревого о том, что в Службе вообще нет никакого Порядка увольнения военнослужащих.

На мой взгляд, данное Заявление Гиревого Н.В., не корректно и порочит командование Службы. Из него следует, что главное – уволить военнослужащего в определенный срок, независимо от объективных обстоятельств. Это практически является признанием незаконных действий должностных лиц Службы, для которых, по словам представителя Службы, главное уволить военнослужащего в определенный срок. При этом никакой порядок процесса увольнения должностными лицами соблюдаться не должен.

На это заявление ответчика суд не обратил должного внимания (см.: аудиозапись, время 12ч.09м).

Отсюда следует, что суд не дал должной оценки того, что сроки направления на медицинское обследование нарушили должностные лица Службы. А без оказания медицинской помощи в ведомственном медицинском учреждении, после двух радикальных хирургических операций и без заключения ВВК перед предстоящим увольнением осталась именно я.

3) В пункте 11 статьи 34 Положения «О порядке прохождения военной службы», утвержденного и введенного в действие Указом Президента Российской Федерации от 16.09.1999 № 1237 «Вопросы прохождения военной службы» (в редакции от 21.02.2019) установлено, что при наличии у военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, нескольких оснований для увольнения с военной службы он увольняется по избранному им основанию, за исключением случаев, когда увольнение производится по основаниям, предусмотренным подпунктами «д», «д.1», «д.2», «е», «е.1» и «з» пункта 1, подпунктами «в», «г» (в связи с отказом военнослужащему в допуске к государственной тайне или лишением его указанного допуска за совершение виновных действий, связанных с нарушением законодательства Российской Федерации о государственной тайне), «д», «е.1» и «е.2» пункта 2 статьи 51 Федерального закона (п. 11 в ред. Указа Президента РФ от 01.02.2019 № 35). Вместе с тем, суд даже не принял во внимание и не дал соответствующей оценке тому обстоятельству, что приказ Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан об увольнении меня с военной службы по достижению предельного возраста пребывания на военной службе от 07.06.2019 № 230-ЛС состоялся за 45 суток до возникновения юридического основания увольнения, до вынесения заключения ВВК о моей категории годности к военной службе, после завершения рекомендованного мне послеоперационного лечения. Тем самым руководство Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан лишило меня права, гарантированного мне пунктом 11 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы, в котором говорится о том, что при наличии у военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, нескольких оснований для увольнения с военной службы он увольняется по избранному им основанию.

Определение начальником Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан основания увольнения до того, как станут известны результаты военно-врачебной комиссии, после завершения мной рекомендованного послеоперационного лечения и после определившегося врачебно-экпертного исхода, грубо нарушает мои права.

Это обусловлено и тем, что именно по вине ответчиков я была поздно направлена на военно-врачебную комиссию и поэтому не успела в полном объеме своевременно пройти медицинское освидетельствование.

12.03.2019 мне было действительно выдано направление на ВВК по моему рапорту. Как усматривается из предписания на медицинское освидетельствование от 12.03.2019 № 21/8/302, я была направлена руководством Службы в МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан на медицинское освидетельствование для определения ее годности к военной службе в связи с предстоящим увольнением по достижению мной предельного возраста пребывания на военной службе. Из записей в указанном предписании видно, что 14.03.2019 я прибыла в МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан и начала прохождение медицинского освидетельствования установленным порядком, однако 07.05.2019 из-за ухудшения состояния моего здоровья и по медицинским показаниям было вынесено заключение ВВК № 1172, о необходимости проведения мне оперативного лечения и последующего медицинского освидетельствования на предмет определения годности к военной службе перед предстоящим увольнением.

Как видно по материалам дела, 27.05.2019 это заключение ВВК уже поступило в адрес отдела кадров Службы.

Из истории болезни № 52/0568 Республиканской клинической больницы г. Махачкалы видно, что 23.05.2019 я поступила в отделение травматологии и ортопедии с выраженным болевым синдромом, и после проведения необходимых медицинских исследований врачами было принято решение о моей госпитализации для проведения оперативного лечения, также в истории болезни указано, что мне были проведены две внеплановые хирургические операции.

05.06.2019 я была выписана из больницы для дальнейшего наблюдения и лечения у врача-травматолога по месту службы. С 06.06.2019 по настоящее время я нахожусь на восстановительном послеоперационном лечении, так как являюсь до настоящего времени нетрудоспособной по заключению врачебной комиссии МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан.

Также по заключению ВВК от 11.06.2019 № 766, поступившему в отдел кадров Службы 20.06.2019 указано, что мне рекомендовано после выздоровления продолжить медицинское освидетельствование на предмет годности к военной службе, после завершения лечения.

Однако, представителем Службы в суде первой инстанции был скрыт тот факт, что 20.06.2019 по реестру № 232 из МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан в адрес отдела кадров Службы уже поступила справка от 11.06.2019 № 766. о результатах медицинского освидетельствования истца перед предстоящим увольнением, в которой было указано: «Заключение может быть вынесено после завершения лечения».

Судом не было учтено то обстоятельство, что заболевание я приобрела вследствие получения военной травмы (увечья), необходимость проведения оперативного лечения было вынесено заключением ВВК, оперативное лечение по приобретенному диагнозу я начала являясь действующим военнослужащим и имея на тот момент соответствующий статус, также мне, как военнослужащему были вынесены рекомендации врачей ВВК о продолжении медицинского освидетельствования после завершения моего лечения.

Тем самым, были проигнорированы и не выполнены должностными лицами Управления и Службы требования ст. 359 Устава внутренней службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 № 1495, в которых ясно и четко говорится о том, что рекомендации врача подлежат обязательному их выполнению должностными лицами».

Вместе с тем, согласно требований статьи 43 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 № 1495, приказы командира (начальника), в том числе и требования Уставов, должны быть выполнены беспрекословно, точно и в срок.

4) Судом при рассмотрении дела не было учтено и должным образом рассмотрено то обстоятельство, что 17.07.2019 мной был получен ответ на мое обращение на имя Директора ФСБ России и на имя Президента Российской Федерации от Первого заместителя управления кадров Пограничной Службы ФСБ России Смирнова И.В., в котором мне гарантировалось, что при возникновении по медицинском показаниям необходимости увеличения сроков ее освидетельствования, срок ухода в отпуск мне перенесется на количество соответствующих дней. Пунктами 4 и 5 ст. 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих» от 27.05.1998 № 76-ФЗ закреплена обязанность командиров по реализации мер правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, а также предусмотрен запрет на ограничение в правах и свободах, гарантированных Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

Однако, как мы видим, руководством Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан и руководством Службы в г. Дербенте игнорируются или вольно по своему усмотрению трактуются нормы законодательства, хотя Федеральный Законодатель не делегировал им это право. Этот вывод подтверждается нижеследующим.

Исключив меня из списков личного состава при вышеуказанных обстоятельствах, меня намерено лишили права на получение медицинской помощи и права на завершение рекомендованного послеоперационного лечения в ведомственном медицинском учреждении МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан, которое рекомендовалось мне еще в статусе военнослужащего, я на тот момент обладала всеми правами военнослужащих, соответствующие их статусу без каких-либо изъятий, которые не могут быть ограничены либо умалены под теми или иными предлогами.

Согласно п. 5 ст. 16 Федерального закона Российской Федерации «О статусе военнослужащих»: права и социальные гарантии военнослужащих и членов их семей, по получению медицинской помощи, распространяются на офицеров, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию

здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых в льготном исчислении составляет 20 лет и более, а при общей продолжительности военной службы 25 лет и более вне зависимости от основания увольнения и на членов их семей, а также на прапорщиков и мичманов, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более, т.е. не в льготном исчислении, а в календарном.

Та же норма закона отражена в п. 7.6 Приказа ФСБ России от 19.05.2017 № 271 «Об утверждении Инструкции об особенностях организации оказания медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделениях органов федеральной службы безопасности».

Однако и данное обстоятельство суд полностью проигнорировал и не дал необходимой правовой оценке.

5) В ходе судебного разбирательства судом не был исследован также вопрос о том, на каком основании начальник Службы издал приказ о продлении моего основного отпуска за 2019 год?

На основании требований пункта 18 статьи 29 Положения о порядке прохождения военной службы, предписывающего, что военнослужащим, заболевшим во время основного или дополнительного отпуска, кроме отпуска по личным обстоятельствам, основной или дополнительный отпуск продлевается на соответствующее количество дней болезни. Продление отпуска в этом случае осуществляется командиром воинской части на основании справки из лечебного учреждения. Отсюда следует, что таким основанием является Листок освобождения военнослужащего от исполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности, который выдается военнослужащему после завершения лечения и должен быть закрыт установленным порядком с указанием даты, с которого он может приступить к исполнению служебных обязанностей.

Мой листок освобождения военнослужащего от исполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности открыт до настоящего времени.

Указанный в Справке из приказа войсковой части 2454-В от 23.08.2019 № 181-ЛС листок освобождения военнослужащего от исполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности является первичным и не закрытым до настоящего времени. В нем конкретно указано, что я продолжаю болеть.

Согласно Инструкции об особенностях организации оказания медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделениях органов федеральной службы безопасности, утвержденной и введенной в действие приказом ФСБ России от 19.05.2017 № 271, Выписка из истории болезни № 52/0568 от 05.06.2019, которая также указана, как основание, не является основанием для продления отпуска, она лишь несет в себе информацию по проведенному пациенту лечению в лечебном учреждении и предназначена только лишь для лечащего врача военнослужащего.

Без разрешения гражданина — военнослужащего Выписка не может быть предана огласке, без его на то согласия, так как информация, изложенная в ней относится к персональным данным и является врачебной тайной.

Отсюда следует, что начальник Службы в г. Дербенте издал приказ о продлении основного отпуска мне без какого-либо законного на то основания и на то количество дней, на какое захотел, нарушая при этом требования действующего военного законодательства.

К сожалению и этот факт был также проигнорирован судом и ему не была дана соответствующая правовая оценка при рассмотрении дела.

6) Последний мой контракт о прохождении военной службы был со мной заключен с 04.11.2017 по 22.07.2019 (включительно) до достижения мной предельного возраста пребывания на военной службе, т.е. уволена, а также исключена из списков личного состава, я должна была быть после наступления юридического основания увольнения, не ранее 23.07.2019, но ни как не 22.07.2019, т.е. в день наступления этого основания. На данное фактическое обстоятельство, по неизвестным причинам, суд тоже не обратил никакого внимания.

7) В суде мной было подтверждено лишь об обеспечении меня денежным довольствием за вещевое имущество, единовременного пособия при увольнении и премией за июль 2019, а также мной был подтвержден факт получения денежного довольствия за август 2019, в зале заседания суда 26.08.2019, в связи с изменением даты исключения истца из списков части.

Вместе с тем, хочу заметить, что представителем Службы были представлены в суд недостоверные сведения о моем денежном обеспечении. Так, представителем Службы в суд была представлена платежная ведомость № 2585, согласно которой я была обеспечена денежным довольствием за июль 2019 в полном объеме. Но по непонятным причинам им был скрыт тот факт, что 24.07.2019 из моего июльского денежного довольствия было удержано 16 496 руб. 54 коп., на основании квитанции к приходному кассовому ордеру № 2086, которую я представляла в судебном заседании, но суд не принял ее во внимание и не приобщил к материалам дела.

Кстати, удержанная сумма из июльского денежного довольствия мне не выплачена до настоящего времени, и это значит, что я до сих пор полностью не обеспечена положенным мне денежным довольствием на дату моего исключения из списков части.

При этом представитель Службы в г. Дербент в судебном заседании опять же подтвердил ложные сведения о полном моем обеспечении по денежному довольствию, и тем самым ввел суд в заблуждение (аудиозапись, время 12.09).

8) В судебном заседании я не получила ни одного вразумительного ответа, основанного на законодательстве Российской Федерации, ни от представителя начальника Управления, ни от представителя начальника Службы. По неизвестной причине, судья почему-то и не настаивал на даче мне и суду этих ответов представителями ответчиков. А представитель 315 прокуратуры разговаривал со мной так, как будто в данном судебном процессе я являлась не истцом, а ответчиком, и при этом он открыто занимал сторону ответчиков и подсказывал им, что и как нужно говорить, отвечая на вопросы суда.

9) В настоящее время, из-за противоправных действий начальника Управления и начальника Службы в г. Дербенте я осталась, находясь в инвалидной коляске, без средств на существование и лечение, без средств на оплату арендованного жилого помещения, без возможности по состоянию здоровья, оформления необходимых документов для начисления пенсии, без права на медицинское освидетельствование перед предстоящим увольнением, после определившегося врачебно-экспертного исхода, а главное без права на получение бесплатной медицинской помощи и права на завершение рекомендованного мне послеоперационного лечения в МСЧ УФСБ России, по заболеванию, которое я приобрела вследствие получения в 2013 году тяжелой травмы (увечья) при исполнении обязанностей военной службы (военной травмы), которое было начато мной в период прохождения военной службы.

2. Несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам административного дела

1) Нарушая принципы правовой определенности, непротиворечивости и полноты, суд пришел к выводу о том, что процедура увольнения и исключения меня из списков личного состава войсковой части была в отношении меня соблюдена.

Однако этот вывод, является неверным и не соответствующим обстоятельствам дела.

Это обусловлено тем, что рапорт от 18.12.2019 о заключении со мной нового контракта рассмотрен в нарушение установленных законодательством сроков, на что судья в судебном заседании не обратил должного внимания, хотя это обстоятельство истцом было озвучено в судебном заседании, о чём свидетельствует фрагмент аудиозаписи судебного заседания суда, время 10ч.54м.

Согласно п. 11 Инструкции «Об организации рассмотрения обращений граждан Россий-ской Федерации в органах федеральной службы безопасности», утвержденной и введенной в дей-ствие приказом ФСБ России от 30.08.2013 № 463 началом срока рассмотрения поступивших в орга-ны безопасности обращений считается день их регистрации в секретариатах этих органов безопасности. В нашем случае дата регистрации рапорта истца была осуществлена 18.12.2019г.

При этом, в силу п. 26 данной Инструкции письменные обращения (в том числе предложения, заявления или жалобы военнослужащих, изложенные в форме рапорта) рассматриваются в течение 30 дней со дня их регистрации.

Вышеуказанный рапорт был рассмотрен на аттестационной комиссии Службы, в нарушение предусмотренных законодательством сроков, только лишь 30.01.2019, а решение по нему до меня было доведено 25.02.2019, т.е. через 25 дней после проведения аттестационной комиссии, что также является нарушением требований п. 24 Приказа ФСБ России от 09.01.2008 № 3/ДСП «Об утверждении Инструкции о порядке организации и проведения аттестации военнослужащих органов федеральной службы безопасности», которым установлена обязанность доведения военнослужащему результатов аттестационной комиссии под роспись в 14-дневный срок после ее утверждения. Из изложенного следует, что исчисление указанного 14-дневного срока производится с момента утверждения результатов аттестационной комиссии начальником пограничного органа, т.е. протокола заседания аттестационной комиссии.

3. Неправильное применение норм материального права

1) Судом первой инстанции было допущено неправильное применение норм материального права, выразившееся в неприменении закона, подлежащего применению и применению закона, не подлежащего применению. Было также осуществлено неправильное истолкование закона, в том числе без учета правовой позиции, содержащейся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, представление к увольнению было направлено, в нарушение законодательства, т.е. без заключения ВВК, однако, заключение ВВК не требуется только в случае увольнения военнослужащих по негативным основаниям увольнения с военной службы.

Эта же позиция изложена в п. 39 «Увольнение с военной службы» Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 8 (ред. от 28.06.2016) «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», в котором конкретно говорится, что при увольнении военнослужащих с военной службы в связи с достижением предельного возраста, по состоянию здоровья или в связи с организационно-

штатными мероприятиями за ними сохраняются социальные гарантии и компенсации, предусмотренные Федеральным законом «О статусе военнослужащих» и иными нормативными пра-вовыми актами, и ни кто не вправе лишать их этих гарантий по своему усмотрению. При наличии у военнослужащего одновременно нескольких оснований для увольнения с военной службы, предусмотренных статьей 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» (за исключением случаев, когда увольнение производится по основаниям, предусмотренным «подпунктами «д», «д1», «д2», «е», «е1» и «з» пункта 1 «и» подпунктами «в», «д», «е1» и «е2» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»), он имеет право выбора одного из них по своему усмотрению.

Также следует отметить, что военное законодательство четко устанавливает исчерпывающий перечень событий, когда командир (начальник) обязан направить военнослужащего и членов его семьи на медицинское освидетельствование в соответствующую военно-врачебную комиссию (ВВК). В тоже время должностные лица Службы в г. Дербенте и Пограничного управления имели рекомендации медиков на проведение ВВК после проводимого мне послеоперационного лечения, так как категория годности истца к военной службе может измениться.

Военнослужащие находятся под защитой государства. Права военнослужащих и порядок их реализации с учетом особенностей военной службы определяются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Никто не вправе ограничивать военнослужащих в правах и свободах, гарантированных Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами.

Государство гарантирует правовую и социальную защиту военнослужащих, осуществляет охрану их жизни и здоровья, а также иные меры, направленные на создание условий жизни и деятельности, соответствующих характеру военной службы и ее роли в обществе.

Реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих возлагается на органы государственной власти, органы местного самоуправления, федеральные суды общей юрисдикции, правоохранительные органы в пределах их полномочий, а также является обязанностью командиров (начальников).

Командиры (начальники), виновные в неисполнении обязанностей по реализации прав военнослужащих, несут ответственность в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Я подлежала увольнению по льготному основанию и, тем более, имея приобретенный диагноз вследствие полученной ей в 2013 году военной травмы (увечья), перед предстоящим увольнением руководство Службы должно было предоставить мне возможность реализации права на прохождение этого медицинского освидетельствования, так как от вынесения категории годности к военной службе при изложенных обстоятельствах, зависел мой выбор основания увольнения с военной службы, и все вытекающие от этого выбора льготы и выплаты. Справка о травме (увечье), полученной мной при исполнении обязанностей военной службы поступила в адрес отдела кадров Службы в г. Дербенте в 2014 году, также о своих проблемах со здоровьем я неоднократно ставила в известность начальника Службы.

Однако в связи с неправомерными действиями должностных лиц Службы, в моем представлении к увольнению отсутствовала информация об истинном состоянии моего здоровья

и о возможном увольнении меня с военной службы по иному основанию, чем то, которое было указано в Приказе Управления от 07.06.2019 № 230-ЛС, поскольку альтернативное указанному в приказе основание могло возникнуть у меня лишь только после прохождения ВВК и установления реального состояния моего здоровья (выдержка из Определения Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 16.06. 2009 года № 6н-201/08), т.е. право на прохождение ВВК и получение соответствующего заключения осталось у меня не реализованным, а выдача военнослужащему направления на медицинское освидетельствование не является реализацией его права на таковое освидетельствование, так как заключение о реальном состоянии здоровья мне вынесено не было по причинам от меня не зависящим.

Вместе с тем, суд также не учел тот факт, что на дату издания приказа о моем увольнении по достижению предельного возраста, в отношении меня уже было вынесено заключение ВВК от 07.05.2019 №1172, поступившего в отдел кадров 27.05.2019, о необходимости проведения ей оперативного лечения и последующего медицинского освидетельствования на предмет определения годности к военной службе перед предстоящим увольнением, после завершения лечения, а также на то, что мне уже были проведенные 2 радикальные хирургические операции 24.05.2019 и 29.05.2019 по приобретенному диагнозу вследствие получения мной военной травмы (увечья), после которых состояние моего здоровья изменилось на всю оставшуюся жизнь.

Также до даты издания приказа о моем увольнении в отставку, мной были пройдены все медицинские специалисты в рамках ВВК, но именно из-за проведенных мне необходимых радикальных хирургических операций по приобретенному диагнозу вследствие военной травмы (увечья), заключение ВВК быть вынесено не могло до завершения моего послеоперационного лечения и до определившегося врачебно-экспертного исхода.

Вместе с тем, также заключением ВВК от 11.06.2019 № 766 мне было рекомендовано продолжить ВВК после завершения лечения, на предмет годности к военной службе перед предстоящим увольнением.

Как было установлено в ходе судебного разбирательства, вплоть до исключения меня из списков личного состава я ВВК не прошла из-за двух перенесенных хирургических операций, в период с 23.05.2019 по настоящее время я нахожусь на рекомендованном послеоперационном лечении в МСЧ УФСБ России по Республике Дагестан, однако приказом от 15.07.2019 № 155-ЛС об исключении меня из списков личного состава Службы меня лишили возможности завершения рекомендованного мне ВВК лечения в ведомственном медицинском учреждении, а приказом от 07.06.2019 № 230-ЛС о моем увольнении, до вынесения заключения ВВК, после завершения лечения и после определившегося врачебно-экспертного исхода, меня лишили права на выбор основания увольнения с военной службы.

Исходя из всего указанного выше, усматривается нарушение должностными лицами Управления моих прав, гарантированных мне Государством, Федеральными законами и иными нормативными актами.

По моему мнению, определение начальником Пограничного управления ФСБ России по Республике Дагестан статьи увольнения до того, как станут известны результаты ВВК, после завершения мной рекомендованного послеоперационного лечения и после определившегося врачебно-экпертного исхода, грубо нарушает мои права.

Вместе с тем, из анализа требований п. 11 ст. 34 Положения, возможно сделать только один вывод – правом на выбор основания увольнения с военной службы военнослужащий может воспользоваться только до издания приказа об увольнении с военной службы. Данная норма расширительному толкованию не подлежит.

Пунктом 74 Положения, предусмотрена возможность прохождения ВВК военнослужащими, уволенным по какой-либо причине без проведения медицинского освидетельствования или заявившим о несогласии с заключением ВВК о категории годности на момент их увольнения с военной службы.

Однако, ни Федеральным законом «О воинской обязанности и военной службе», ни Положением о порядке прохождения военной службы, ни другими нормативными правовыми актами не предусмотрена безусловная обязанность должностных лиц изменить основание увольнения с военной службы в случае изменения категории годности уже уволенного с военной службы военнослужащего.

Однако, ни одна из перечисленных норм материального права не была применена судом при вынесении решения по административному делу истца.

2) Вывод судьи о предоставлении мне отпуска перед предстоящим исключением из списков личного состава части базируется на неправильном толковании и применении норм материального права.

Согласно справки из приказа войсковой части 2454-В от 07.05.2019 № 88-ЛС, мне представлен основной отпуск за 2019 год, с присоединением к нему 23 дополнительных суток отдыха за исполнение служебных обязанностей в рабочие дни сверхустановленной продолжительности еженедельного служебного времени, на основании моего рапорта от 25.04.2019 № К-4171.

Данный отпуск никак не мог быть предоставлен мне перед предстоящим исключением из списков личного состава, так как на момент его предоставления я была действующим, а не уволенным военнослужащим. Дата моего выхода из основного отпуска была запланирована на 18.07.2019г., т.е. даже до наступления юридического основания моего увольнения с военной службы по достижению предельного возраста пребывания на военной службе и ни как не совпадала с последним днем военной службы.

При этом, судом не был принят во внимание и не учтен при постановке решения ответ на мои обращения на имя Президента Российской Федерации и на имя Директора ФСБ России от Заместителя начальника управления кадров Пограничной службы ФСБ России Щербакова В.Н., в котором он гарантировал мне, что в соответствии с п. 18 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы, военнослужащим, заболевшим во время основного или дополнительных отпусков, отпуск продлевается на соответствующее количество дней болезни, и что продление отпуска осуществляется на основании справки из лечебного учреждения.

Именно из-за неверно сделанного вывода о представленном мне отпуске, судьей было принято неверное решение, а также неправильно были применены нормы материального права, в том числе позиция Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым судом был сделан неверный вывод о том, что продление истцу основного отпуска не положено.

В период представленного мне отпуска я была действующим военнослужащим и имела право на все льготы и гарантии, предусмотренные законодательством для военнослужащих, такая позиция изложена в п. 39 «Увольнение с военной службы» Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 8 (ред. от 28.06.2016) «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», в котором ясно говорится, что при увольнении военнослужащих с военной службы в связи с достижением предельного возраста, за ними сохраняются социальные гарантии.

В тоже время суд первой инстанции, опираясь на позицию, изложенную в п. 54 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного

Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2019г., ретранслировал, что закон не содержит указаний на необходимость продления срока нахождения военнослужащих, уволенных с военной службы и находящихся в основном отпуске, в списках личного состава воинской части на период их амбулаторного лечения.

В этой связи следует констатировать, что у нас в стране не прецедентное право и применение данной нормы по аналогии не уместно, так как на момент проведения мне оперативного лечения и последующего прохождения мной рекомендованного восстановительного послеоперационного лечения, я находилась в основном отпуске за 2019 год и не была уволенной.

Дата моего выхода из основного отпуска была запланирована на 18.07.2019, т.е. до наступления основания для моего увольнения, а также не совпадала с последним днем военной службы.

В упомянутом выше обзоре судебной практики, было отмечено, что военнослужащий, в отношении которого рассматривался указанное в обзоре судебной практике дело, на дату предоставления ему основного отпуска, с последующим исключением из списков части, был уже полтора года как уволен с военной службы по негативному основанию, к тому же состояние его здоровья никак не могло повлиять на основание его увольнения с военной службы. Отсюда следует, суд первой инстанции применил норму материального права, которая не должна быть применена.

3) Судом не были применены нормы материального права, предусмотренные п. 3 Приложения № 2 к Положению о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16.09.1999 № 1237), когда суммарное сверхурочное время (суммарное время исполнения должностных и специальных обязанностей в выходные или праздничные дни с учетом времени, необходимого военнослужащему для прибытия к месту службы от места жительства и обратно) достигает величины ежедневного времени, установленного регламентом служебного времени для исполнения должностных обязанностей, военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, по его желанию (рапорту) предоставляются в другие дни недели дополнительные сутки отдыха. Согласно ч.1 ст.11 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Приложения № 2 к Положению о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16.09.1999 1237 и ст. 220 Устава внутренней службы Во-оруженных Сил РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 10.11.2007 № 1495, при невозможности предоставления отдыха соответствующей продолжительности в другие дни не-дели время привлечения военнослужащих к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени суммируется и предоставляется военнослужащим в виде дополнительных суток отдыха, которые могут быть присоединены по их желанию (рапорту) к основному отпуску.

При этом, дополнительные сутки отдыха в количестве не более 30, присоединяемые к отпуску, в продолжительность основного отпуска не входят.

Факт не предоставления мне 23 дополнительных суток отдыха за исполнение служебных обязанностей в рабочие дни сверхустановленной продолжительности еженедельного служебного времени перед исключением из списков личного состава также не был учтен судом при вынесении решения по делу. Они так и не были мне представлены перед исключением из списков личного состава и не реализованы мной до настоящего времени.

Данный факт говорит еще об одном нарушении в отношении меня норм материального права, который также не был принят судом во внимание.

4. Неправильное применение норм процессуального права

1) Судом не было принято во внимание явное нарушение сроков проведения обязательных мероприятий перед предстоящим увольнением военнослужащего.

Кадровыми подразделениями должен соблюдаться единый порядок представления военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, к увольнению с военной службы.

Порядок увольнения военнослужащих с военной службы и исключения их из списков личного состава воинской части предусмотрен статьей 34 Указа Президента Российской Федерации от 16.09.1999г. № 1237 «Вопросы прохождения военной службы».

В соответствии с требованиями пункта 14 статьи данной статьи перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы:

а) уточняются данные о прохождении им военной службы, при необходимости документально подтверждаются периоды его службы, подлежащие зачету в выслугу лет в календарном исчислении и отдельно на льготных условиях, и в соответствии с законодательством Российской Федерации исчисляется выслуга лет. Об исчисленной выслуге лет объявляется военнослужащему. Возражения военнослужащего по исчислению выслуги лет рассматриваются командиром (начальником), и до представления военнослужащего к увольнению с военной службы по ним принимаются решения;

б) с ним проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части за 6 месяцев до увольнения с военной службы.

Содержание проведенной беседы отражается в листе беседы.

Лист беседы подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего.

В соответствии с указанным порядком Командир (начальник) воинской части (в данном случае начальник Службы в г. Дербенте), обязан был:

а) за шесть месяцев до достижения военнослужащим предельного возраста пребывания на военной службе или окончания соответствующего контракта:

— уточнить у военнослужащего вопрос (провести первичную беседу) заключения с ним нового контракта, учитывая наличие необходимой выслуги лет для назначения пенсии за выслугу лет, состояние здоровья, обеспеченность жилым помещением по нормам, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

— направить личное дело военнослужащего, подлежащего увольнению, в соответствующий финансово — экономический орган для подсчета выслуги лет на пенсию;

— направить военнослужащего (по его желанию) на медицинское освидетельствование в гарнизонную или госпитальную ВВК.

Однако, суд не учел, что в нарушение данных требований, руководством Службы указанные вопросы у меня своевременно не уточнялись.

Первичная беседа со мой вообще не проводилась.

Направление на военно-врачебную комиссию перед предстоящим увольнением я получила не за шесть месяцев, как предусмотрено законом, а за четыре месяца до достижения мной предельного возраста пребывания на военной службе, и только лишь после подачи мой рапорта с ходатайством о направлении меня на соответствующее медицинское освидетельствование.

б) за три месяца до достижения военнослужащим предельного возраста пребывания на военной службе или окончания соответствующего контракта:

— провести беседу с военнослужащим о предстоящем увольнении с военной службы с привлечением при необходимости представителей кадрового, финансово — экономического органов и юридической службы. В ходе беседы с военнослужащим оформляется лист беседы.

Беседа же со мной также была проведена в нарушение предусмотренных законодательством сроков 14.05.2019г., т.е. не за три, а за два месяца до достижения предельного возраста пребывания на военной службе.

Ни одно из запланированных мероприятий в Плане увольнения военнослужащих Службы в г. Дербенте в 2019 году в отношении меня, утвержденном распоряжением Службы от 29.11.2018 № 2049с, своевременно не было проведено или вообще не проводилось.

При этом, судом не было принято во внимание то обстоятельство, что представителем Службы не был представлен в суд вышеуказанный План увольнения военнослужащих Службы на 2019 год, хотя я просила суд истребовать этот документ для рассмотрения его в суде.

Все вышеперечисленные факты судом не были рассмотрены надлежащим образом.

2) Следует обратить особое внимание судебной коллегии по административным делам, на то обстоятельство, что судом помимо того, что был проигнорирован и не получил должной оценки факт предоставления ответчиками документов, с заведомо ложной информацией об аттестационной комиссии в отношении меня, но при этом судом первой инстанции были нарушены нормы процессуального права.

Так, аттестационная комиссия была проведена формально, решение аттестационной комиссии было доведено до меня в нарушение установленных сроков.

Документы, представленные представителем Службы в г. Дербент юрисконсультом майором юстиции Гиревым Н.В. в суд, несут в себе заведомо ложную информацию.

Согласно выписке из протокола аттестационной комиссии от 30.01.2019г. на её заседании присутствовало десять членов комиссии, а как выяснилось в ходе судебного разбирательства, присутствовало на этой комиссии всего восемь её членов.

Однако, и это обстоятельство было полностью проигнорировано судом (см. аудиозапись, время 15ч.29м.).

При этом, на все вопросы, касающиеся организации и проведению аттестационной комиссии Службы 30.01.2019г. представитель Службы майор Н.В. Гиревой в судебном заседании не смог дать ни один вразумительный, основанный на действующем законодательстве ответ.

Все это судья также оставил без должного внимания и оценки. При этом, в отдельных моментах даже помогал ответчику сформулировать хоть какой-то адекватный ответ. Отсюда следует, что суд изначально встал на сторону административных ответчиков, нарушая отдельные принципы административного судопроизводства, такие как:

— равенство всех перед законом и судом;

— законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел;

— состязательность и равноправие сторон административного судопроизводства при активной роли суда (см. ст.6 КАС РФ).

3) В соответствии с ч. 1 ст. 63 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом. При этом, в силу ч. 2 данной статьи обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных

лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо.

Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. По таким административным делам административный истец, обратившийся в суд в защиту своих прав, свобод и законных интересов не обязан доказывать незаконность оспариваемых им решений, действий (бездействия).

Однако, суд в нарушение данной процессуальной нормы переложил обязанности доказывания с ответчиков на административного истца, о чем свидетельствует весь судебный процесс.

Суд первой инстанции – Махачкалинский гарнизонный военный суд под председательством судьи Белкина А.В., проигнорировав отдельные нормы материального и процессуального права, не опирался на них в судебном порядке и поэтому осуществил неприменение закона, подлежащего применению и применил закон, неподлежащий применению, допустил ряд грубых процессуальных нарушений, что является основаниями для отмены решения в апелляционном порядке.

В результате мои законные интересы и права остались без судебной защиты и продолжают нарушаться, в том числе и обжалуемым решением.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь статьями: 6, 15, 60-61, 63-65, 84, 176, 295, 309-310 КАС РФ,-

П р о ш у:

1. Отменить решение суда первой инстанции полностью и принять по административно-му делу новое решение.

2. В связи с тем, что я на данный момент времени продолжаю лечение после перенесенных ряда операций в силу военной травмы, нахожусь и передвигаюсь в инвалидной коляске, Апелляционное слушание с моим участием провести через возможности видеоконференции Махачкалинского гарнизонного военного суда.

3. О принятом решении прошу в установленные сроки поставить меня в известность.

Приложения:

1. Копия решения Махачкалинского гарнизонного военного суда под председательством судьи Белкина А.В. от 26 августа 2019 года.

2. Документ, подтверждающий уплату государственной пошлины.

3. Ответ УФСБ России по Республике Дагестан от 10.09.2019г. № К-2008.

Административный истец:

Видео: БОМЖ 26 календарей просит жилья в Верховном суде Ч 2 (
Видео: Жилищные-вопросы-решаем-по-ГПК-срок-3-года-а-не-по-КАС-в-срок-3-мес-2.

В Краснознаменский гарнизонный военный суд 
143090, г. Краснознаменск, Октябрьская, д. 3 Г 
Административный истец: Естов Сергей Владимирович,12.01.1979 г. р.; 
проживающий по адресу: 00000, Московская обл., г. Краснознаменск, 
ул. Октябрьская, д. 10; 
мобильный телефон: 8-0000000000000; 
адрес электронной почты: 000000000@yandex.ru ; 
Административный ответчик: В ФГКУ ЗРУЖО МО РФ (1-й отдел) 
Адрес: 107078, г. Москва, ул. Садово-Спасская, д. 1, стр. 2, корп. 7 

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ 

Я, Естов Сергей Владимирович, прохожу военную службу в Московской области, г. Краснознаменск, войсковая часть 32103. 

02.07.2018 подал заявление в ФГКУ ЗРУЖО МО РФ(1-й отдел) вх.№77/1525/ТС от 02.07.2018г., в течении 30 суток ответа не поступило. Копию заявления прилагаю. 

В соответствии со ст.12 Федерального закона от 02.05.2006 N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» сроки рассмотрения письменного обращения, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения; а так же в соответствии с п.4 Приказа Министра обороны Российской Федерации от 18 августа 2014 г. N555 

г. Москва «О мерах по реализации в Вооруженных Силах Российской Федерации Федерального закона от 2 мая 2006 г. N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»», а также п.5. указанного Приказа — все обращения подлежат обязательному рассмотрению в течение 30 дней со дня регистрации. 

Не выполняя вышеперечисленные нормы закона должностные лица ФГКУ ЗРУЖО МО РФ (1-й отдел), нарушают мои права. На основании ст. 218 КАС РФ 
ПРОШУ: 
1.Признать бездействие ФГКУ ЗРУЖО МО РФ (1-й отдел) при ответе на заявление в срок более 30 суток незаконным 
2. Обязать ФГКУ ЗРУЖО МО РФ (1-й отдел) дать письменный и аргументированный ответ в сроки в соответствии с требованиями законодательства. 

Приложения: 
1. Копия заявления 
2. Копия квитанции госпошлины

Ссылка на решение суда

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *