Возмещение вреда здоровью. претензия — суд — ЕСПЧ, дело Ярика и Барабанова

Превью статьи:

В ……. районный суд Истец : ФИО адрес индекс , электронная почта ответчик : …….. ответчик: ……… Исковое заявление о взыскании материального и морального вреда , за бездействие медиков военного госпиталя , которое привело к инвалидности . Я, Бабанов Дмитрий Александрович, проходил военную службу в качестве курсанта ФВУВПВОВСРФ в г. Оренбурге Министерства обороны РФ с 1.08.2002 по 10.07.2003г. Во время полевого выхода, после перенесенной инфекции возникло осложнение, в виде острого гломерулонефрита. Данное заболевание стало в дальнейшем причиной отчисления меня из филиала военного университета по болезни приказ №-14от 10.07.2003г. Впоследствии из-за болезни, я был уволен в запас по ст.51. Во время прохождения военной службы получил серьёзное аутоиммунное заболевание. В результате отсутствия нужных узких профильных специалистов в в/ч 536 и следствии халатного отношения должностных лиц, которые на протяжении всего времени так и не направили меня к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко. Также данные специалисты ( инфекционного и кардиологического отделений) не смогли осуществить подбор и стратегию лечения на начальном этапе болезни. В результате заболевание было запущено и стало иметь долгий, затяжной характер, что стало причиной перехода в хроническую форму , а в дальнейшем стало причиной получения инвалидности 1ой группы, о чем свидетельствует справка МСЭ-2016 №0527259. Однако если бы во время мне была оказана квалифицированная медицинская помощь профильными специалистами , то по мнению ………… я не стал бы инвалидом ( копию заключения ….. прилагаю). Лечился стационарно в инфекционном отделении в/ч 526, где отсутствовали необходимые для дальнейшего лечения узкие специалисты — нефрологи. Не смотря на мои обращения и доверившись…

В ……. районный суд

Истец : ФИО адрес индекс , электронная почта

ответчик : ……..

ответчик: ………

Исковое заявление

о взыскании материального и морального вреда , за бездействие медиков военного госпиталя , которое привело к инвалидности .

Я, Бабанов Дмитрий Александрович, проходил военную службу в качестве курсанта ФВУВПВОВСРФ в г. Оренбурге Министерства обороны РФ с 1.08.2002 по 10.07.2003г. Во время полевого выхода, после перенесенной инфекции возникло осложнение, в виде острого гломерулонефрита. Данное заболевание стало в дальнейшем причиной отчисления меня из филиала военного университета по болезни приказ №-14от 10.07.2003г. Впоследствии из-за болезни, я был уволен в запас по ст.51. Во время прохождения военной службы получил серьёзное аутоиммунное заболевание. В результате отсутствия нужных узких профильных специалистов в в/ч 536 и следствии халатного отношения должностных лиц, которые на протяжении всего времени так и не направили меня к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко. Также данные специалисты ( инфекционного и кардиологического отделений) не смогли осуществить подбор и стратегию лечения на начальном этапе болезни. В результате заболевание было запущено и стало иметь долгий, затяжной характер, что стало причиной перехода в хроническую форму , а в дальнейшем стало причиной получения инвалидности 1ой группы, о чем свидетельствует справка МСЭ-2016 №0527259. Однако если бы во время мне была оказана квалифицированная медицинская помощь профильными специалистами , то по мнению ………… я не стал бы инвалидом ( копию заключения ….. прилагаю).

Лечился стационарно в инфекционном отделении в/ч 526, где отсутствовали необходимые для дальнейшего лечения узкие специалисты — нефрологи. Не смотря на мои обращения и доверившись лечащему врачу инфекционного отделения, я Баанов. Д.А. так и не был направлен к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь им. академика Н.Н. Бурденко. Зав. инфекционного отделения в/ч536 сказал, что заболевание не серьезное и организм уже восстановился, то же самое было сказано и моим родителям, который также беседовали с заведующим после выписки. Впоследствии был лишь рекомендован отпуск по болезни сроком на 30 суток, который рекомендовал зав. инфекционного отделения, о чем свидетельствует справка № 194 и выписной эпикриз с инфекционного отделения за подписью начальника медицинской части 526 полковника мед, службы — Фокина. После прохождения лечения и уже установления диагноза, я так и не был направлен к узким специалистам для получения рекомендаций дальнейшего лечения. Хочу отметить, что в в/ч 526 узкие специалисты- отсутствовали. После окончания отпуска, лечение так и не было назначено, также не были даны конкретные рекомендации по дальнейшему лечению. В целях профилактики не даны рекомендации по лечению хронических очагов инфекции, не были привлечены к разработке методики лечения и необходимые узкие специалисты. Не была назначена психологическая реабилитация больного. По окончании отпуска, также не был освидетельствован ВВК, а также не были проведены все необходимые анализы и исследования. После нахождения под динамическим наблюдением врача части в контрольных анализах мочи от 19.03.2003г выявлены патологии, а именно: эритроцитурия, протеинурия, которые сопровождались тупыми болями в поясничной области. В дальнейшем я был вновь госпитализирован в в/ч 526 в кардиологическое отделение, которое не является профильным и в котором отсутствовали необходимые специалисты для лечения сложнейшего заболевания , о чем свидетельствует выписной эпикриз от 1.04.2003г. На протяжении всего времени моего лечения в кардиологическом отделении я обращался к начальнику кардиологического отделения при медицинской службе Каянову, т.к данное отделение не является профильным и в

 нем отсутствовали необходимые узкие специалисты для проведения более точного лечения, назначения обследований биопсии, на что получил отказ! Не смотря на проводимое лечение в анализах мочи на протяжении всего периода пребывания сохраняется стойкий мочевой синдром в виде протеинурии, микрогематурии цилиндрурии о чем свидетельствует св-во о болезни №-14 но не смотря даже на это, я вновь так и не был направлен к узким специалистам главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко, что является грубейшим нарушением ст 18 (об основах охраны здоровья граждан).
В дальнейшем я так и не был направлен в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко, а был просто комиссован. Считаю, что лечение, в кардиологическом отделении (зав. отделения Каянов) не профильными специалистами, имеют долгий, затяжной характер, что стало причиной перехода заболевания в хроническую форму ( хотя диагноз был ранее уже установлен), когда можно было уже на самом начальном этапе , после установления диагноза, сразу же направить меня к узким, профильным специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко для дальнейшего определения стратегии лечения, что гарантировано нам ФЗ о статусе военнослужащих. Также Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, а ст 18 об основах охраны здоровья граждан закрепляет право на охрану здоровья, а также его гарантии. Своевременное и рациональное лечение, динамическое наблюдение профильными специалистами увеличивают число выздоравливаем больных, предупреждают переход заболевания в хронические формы.
После выписки с кардиологического отделения в/ч 526 были даны рекомендации:
1)соблюдение диеты, 2) наблюдение участкового терапевта по месту жительства. Данные рекомендации нач. отделения кардиологии Каянова, даны не в полном объёме и не направлены на оздоровление пациента. Врач был обязан использовать все имеющиеся возможности и средства для направления пациента к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н, но по не понятным причинам этого не сделал (для сохранения здоровья и жизни пациенту, облегчения страданий и боли, предупреждения возникновения заболеваний, проведения адекватного лечения, восстановления нарушенных болезнью функций). Также считаю, что нач. кардиологического и инфекционного отделения,

 были обязаны обращаться к узким, более компетентным коллегам, если необходимое пациенту обследование и лечение выходят за рамки его собственных профессиональных возможностей и не приводят к положительной динамике лечений. Также считаю, что только узкие, профильные специалисты были в состоянии правильно назначить правильную стратегию лечения, подобрать препараты, дать дальнейшие рекомендации по лечению, назначить необходимый курс интенсивного лечения, необходимые обследования, биопсию и подобрать препараты для домашней терапии, дать правильную оценку развития болезни. Хочу отметить — что затягивание лечения, привело к белее серьезным последствиям, а впоследствии и к ХПН, гемодиализу и трансплантации почки. Впоследствии я перенес алло трансплантацию трупной почки.
За все время (в период после отчисления меня из филиала военного университета по болезни), я ежегодно проходил лечения, о чем свидетельствуют выписки. (РКБ им. ГГ. Кутова, Ташкентский институт профильных урологических болезней, г. Ташкент, ГКБ№52, г. Москва, клиника нефрологий внутренний и профессиональных болезней им. Е.М. Тареева, г. Москва, ЦРБ г Мелеуза), выполнял все рекомендации врачей, посещая профильные санаторно-курортные учреждения г. Бухары, также посещаю узких профильных специалистов федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов имени академика В.И. Шумакова), вследствие чего, несу огромные финансовые потери.
Считаю, что в результате действий должностных лиц в/ч 536, мне нанесён материальный и моральный вред и вред здоровью так как: мной в официальном порядке приобретён статус инвалида 1 группы.
Мне были причинены боль, физические и нравственные страдания, ухудшение состояния здоровья, зрения, впоследствии необходим постоянный прием лекарственных препаратов, перелеты и проезд к узким профильным специалистам, я имею право на компенсацию морального вреда так как :

1 Право на охрану здоровья военнослужащих установлено ст. 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих», нормами гл. 8 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации.
в соответствии с ч. 1 ст. 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» забота о сохранении и укреплении здоровья военнослужащих — обязанность командиров. Находясь в госпитале , военнослужащий находится в распоряжении начальника госпиталя , который и является его командиром на время лечения.

2 Обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 ГК РФ за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда.
Таким образом, возможность возмещения перечисленным в ст. 1084
ГК РФ лицам причиненного вреда здоровью на основании главы 59 ГК РФ возникает если должностные лица сознательно препятствуют прохождению лечения. По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации) – пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц. Из содержания названной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда. А также статьей 401 ГК РФ предусмотрено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. На основании ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме виновным лицом, причинившим вред, наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями , вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера егодействий .На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц.—— Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии со статьей 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, признает и гарантирует права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, устанавливает, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, и гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, установленных законом (статья 1, часть 1; статья 7; статья 17, часть 1; статья 39, часть 1).

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется: — Ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред , причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Конституционного Суда РФ от 16.02.2006 № 12-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Полтавцевой А.П. на нарушение ее конституционных прав положениями статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации» указывается: Наличие вины — общий принцип юридической ответственности, исходя из которого в гражданском законодательстве установлены основания ответственности за причиненный вред . Так, статьей 1064 ГК Российской Федерации, регламентирующей общие основания ответственности за причинение вреда , предусмотрено, в частности, что вред , причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред , которое освобождается от такого возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине

Также Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда . При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда , суд учитывает характер и степень понесенных истцом нравственных и физических страданий и в соответствии с требованиями статьи 1101 Гражданского кодекса РФ о разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 (абзац 2) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда .

При определении размера компенсации морального вреда , суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред .

3 Также хочу отметить что Статья 124 УК РФ. Неоказание помощи больному. указывает :
1. Неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, -наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до четырех месяцев.
2. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью, -наказывается принудительными работами на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового

4. В соответствии с пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностныхлиц этих органов , по ведомственной принадлежности, в качестве представителя выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.

Согласно Положению о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 августа 2004 года № 1082 Министр обороны России является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Минобороны России и реализацию возложенных на него полномочий (пп. 31 п. 10); Министерство обороны РФ осуществляет в пределах своей компетенции правомочия собственника имущества, закрепленного за Вооруженными Силами, осуществляет функции главного распорядителя и получателя денежных средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства и реализацию возложенных на Министерство функций (пп. 71 п. 7).

Таким образом, главным распорядителем бюджетных средств федерального бюджета, направляемых на содержание финансируемого собственником учреждения, является Министерство обороны Российской Федерации. Российская Федерация, как собственник имущества, в лице Министерства обороны Российской Федерации несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании вышесказанного и ст. 131-132 Гражданского процессуального кодекса РФ

ПРОШУ:

1 Взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда солидарно в размере …….. ( статья сайта как считать госпошлину Государственная полшина)

2. Взыскать с ответчиков в пользу истца затраты на лечение в размере…….

ПРИЛОЖЕНИЯ :

сборник решений судов по вопросу иск к причинителю вреда

Данный процесс должен быть подготовлен! нужны доказательства

образцы доказывания ( именно ВВК и угрозы здоровью) в статье сайта : УВОЛЬНЕНИЕ ПЕРЕВОД ПО СЕМЕЙНЫМ обстоятельствам

ВИДЕО ОТВЕТ ПРО РОЛЬ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ :

И с какими доказательствами мы выходим на данный процесс :

Возможно конечно и в суд подать — исковое внизу — а где доказательства халатности должностных лиц ???? Как судью убеждать в необходимости Судебно- медицинской экспертизы ????

Начальнику В/Ч 6. . Подполковнику Станову. А.В. . От Бабанова Дмитрия Александровича . 4553, РБ, город Мелеуз ул.Комарова д1 . тел. 8-0000000-96
ПРЕТЕНЗИЯ
Я, Бабанов Дмитрий Александрович, проходил военную службу в качестве курсанта ФВУВПВОВСРФ в г. Оренбурге Министерства обороны РФ с 1.08.2002 по 10.07.2003г. Во время полевого выхода, после перенесенной инфекции возникло осложнение, в виде острого гломерулонефрита. Данное заболевание стало в дальнейшем причиной отчисления меня из филиала военного университета по болезни приказ №-14от 10.07.2003г. Впоследствии из-за болезни, я был уволен в запас по ст.51. Во время прохождения военной службы получил серьёзное аутоиммунное заболевание. В результате отсутствия нужных узких профильных специалистов в в/ч 536 и следствии халатного отношения должностных лиц, которые на протяжении всего времени так и не направили меня к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко. Также данные специалисты ( инфекционного и кардиологического отделений) не смогли осуществить подбор и стратегию лечения на начальном этапе болезни. Заболевание имеет долгий, затяжной характер, что стало причиной перехода в хроническую форму , а в дальнейшем стало причиной получения инвалидности 1ой группы, о чем свидетельствует справка МСЭ-2016 №0527259.
Диагноз по ВВК: острый диффузный гломерулонефрит с переходом в хроническую форму.
По существу претензии могу пояснить следующее:
В октябре 2002г после перенесенной инфекции возникло осложнение в виде острого гломерулонефрита с изолированным мочевым синдромом. Данное заболевание включает в себя группу почечных патологий, разных по своим морфологическим проявлениям и по происхождению, но вместе с тем, для каждой из них характерно первичное поражение клубочкового аппарата, ведущее к гломерулосклерозу и почечной недостаточности. Лечился стационарно в инфекционном отделении в/ч 526, где отсутствовали необходимые для дальнейшего лечения узкие специалисты — нефрологи. Не смотря на мои обращения и доверившись лечащему врачу инфекционного отделения, я Баанов. Д.А. так и не был направлен к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь им. академика Н.Н. Бурденко. Зав. инфекционного отделения в/ч52236 сказал, что заболевание не серьезное и организм уже восстановился, то же самое было сказано и моим родителям, который также беседовали с заведующим после выписки. Впоследствии был лишь рекомендован отпуск по болезни сроком на 30 суток, который рекомендовал зав. инфекционного отделения, о чем свидетельствует справка № 194 и выписной эпикриз с инфекционного отделения за подписью начальника медицинской части 526 полковника мед, службы — Фокина. После прохождения лечения и уже установления диагноза, я так и не был направлен к узким специалистам для получения рекомендаций дальнейшего лечения. Хочу отметить, что в в/ч 526 узкие специалисты- отсутствовали. После окончания отпуска, лечение так и не было назначено, также не были даны конкретные рекомендации по дальнейшему лечению. В целях профилактики не даны рекомендации по лечению хронических очагов инфекции, не были привлечены к разработке методики лечения и необходимые узкие специалисты. Не была назначена психологическая реабилитация больного. По окончании отпуска, также не был освидетельствован ВВК, а также не были проведены все необходимые анализы и исследования. После нахождения под динамическим наблюдением врача части в контрольных анализах мочи от 19.03.2003г выявлены патологии, а именно: эритроцитурия, протеинурия, которые сопровождались тупыми болями в поясничной области. В дальнейшем я был вновь госпитализирован в в/ч 526 в кардиологическое отделение, которое не является профильным и в котором отсутствовали необходимые специалисты для лечения сложнейшего заболевания , о чем свидетельствует выписной эпикриз от 1.04.2003г. На протяжении всего времени моего лечения в кардиологическом отделении я обращался к начальнику кардиологического отделения при медицинской службе Каянову, т.к данное отделение не является профильным и в

 нем отсутствовали необходимые узкие специалисты для проведения более точного лечения, назначения обследований биопсии, на что получил отказ! Не смотря на проводимое лечение в анализах мочи на протяжении всего периода пребывания сохраняется стойкий мочевой синдром в виде протеинурии, микрогематурии цилиндрурии о чем свидетельствует св-во о болезни №-14 но не смотря даже на это, я вновь так и не был направлен к узким специалистам главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко, что является грубейшим нарушением ст 18 (об основах охраны здоровья граждан).
В дальнейшем я так и не был направлен в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко, а был просто комиссован. Считаю, что лечение, в кардиологическом отделении (зав. отделения Каянов) не профильными специалистами, имеют долгий, затяжной характер, что стало причиной перехода заболевания в хроническую форму ( хотя диагноз был ранее уже установлен), когда можно было уже на самом начальном этапе , после установления диагноза, сразу же направить меня к узким, профильным специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко для дальнейшего определения стратегии лечения, что гарантировано нам ФЗ о статусе военнослужащих. Также Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, а ст 18 об основах охраны здоровья граждан закрепляет право на охрану здоровья, а также его гарантии. Своевременное и рациональное лечение, динамическое наблюдение профильными специалистами увеличивают число выздоравливаем больных, предупреждают переход заболевания в хронические формы.
После выписки с кардиологического отделения в/ч 526 были даны рекомендации:
1)соблюдение диеты, 2) наблюдение участкового терапевта по месту жительства. Данные рекомендации нач. отделения кардиологии Каянова, даны не в полном объёме и не направлены на оздоровление пациента. Врач был обязан использовать все имеющиеся возможности и средства для направления пациента к узким специалистам в главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н, но по не понятным причинам этого не сделал (для сохранения здоровья и жизни пациенту, облегчения страданий и боли, предупреждения возникновения заболеваний, проведения адекватного лечения, восстановления нарушенных болезнью функций). Также считаю, что нач. кардиологического и инфекционного отделения,

 были обязаны обращаться к узким, более компетентным коллегам, если необходимое пациенту обследование и лечение выходят за рамки его собственных профессиональных возможностей и не приводят к положительной динамике лечений. Также считаю, что только узкие, профильные специалисты были в состоянии правильно назначить правильную стратегию лечения, подобрать препараты, дать дальнейшие рекомендации по лечению, назначить необходимый курс интенсивного лечения, необходимые обследования, биопсию и подобрать препараты для домашней терапии, дать правильную оценку развития болезни. Хочу отметить — что затягивание лечения, привело к белее серьезным последствиям, а впоследствии и к ХПН, гемодиализу и трансплантации почки. Впоследствии я перенес алло трансплантацию трупной почки.
За все время (в период после отчисления меня из филиала военного университета по болезни), я ежегодно проходил лечения, о чем свидетельствуют выписки. (РКБ им. ГГ. Кутова, Ташкентский институт профильных урологических болезней, г. Ташкент, ГКБ№52, г. Москва, клиника нефрологий внутренний и профессиональных болезней им. Е.М. Тареева, г. Москва, ЦРБ г Мелеуза), выполнял все рекомендации врачей, посещая профильные санаторно-курортные учреждения г. Бухары, также посещаю узких профильных специалистов федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов имени академика В.И. Шумакова), вследствие чего, несу огромные финансовые потери.
Считаю, что в результате действий должностных лиц в/ч 536, мне нанесён материальный и моральный вред и вред здоровью так как: мной в официальном порядке приобретён статус инвалида 1 группы.
Мне были причинены боль, физические и нравственные страдания, ухудшение состояния здоровья, зрения, впоследствии необходим постоянный прием лекарственных препаратов, перелеты и проезд к узким профильным специалистам, я имею право на компенсацию морального вреда, размер которого, с учетом фактических обстоятельств дела, а также разумности и справедливости, я оцениваю в 2000000 рублей (два миллиона рублей). Таким образом, в настоящее время я имею все законные основания для удовлетворения своих требований в полном объеме.
ТРЕБУЮ:
Выплатить мне компенсацию затраченных денежные средств в счет возмещения материального вреда в размере 1250000 рублей(один миллион двести пятьдесят тысяч рублей. ( на которые имеются все необходимые чеки, договора оплат, билеты и проезд до мест лечения, ваучеры оплаты профильного санаторно-курортного лечения, покупка дорогостоящих препаратов, договора на оказание медицинских услуг).

С уважением,

____________________Бабанов Дмитрий Александрович
«30 » января 2020 года.

Нормы, направленные на охрану жизни и здоровья человека: ст. 2 Конвенции (право на жизнь) и ст. 1 Протокола № 6 (отмена смертной казни); ст. 3 Конвенции (запрещение пыток). 

Нормы, направленные на охрану достоинства, независимости и равноправия людей: 

· ст. 4 Конвенции (запрещение рабства и принудительного труда); 
· ст. 8 Конвенции (право на уважение частной и семейной жизни); 
· ст. 12 Конвенции (право на вступление в брак); 
· ст. 14 Конвенции (запрещение дискриминации); 
· ст. 5 Протокола № 7 (равноправие супругов). 
Нормы, направленные на охрану свободы самовыражения и развития человека: 

· ст. 9 Конвенции (свобода мысли, совести и религии); 
· ст. 10 Конвенции (свобода выражения мнения); 
· ст. 2 Протокола от 20 марта 1952 г. (право на образование). 
Нормы, направленные на охрану личной свободы и обеспечение судебной защиты прав и свобод: 

· ст. 5 Конвенции (право на свободу и безопасность); 
· ст. 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство); 
· ст. 7 Конвенции (наказание исключительно на основании закона); 
· ст. 13 Конвенции (право на эффективные средства правовой защиты); 
· ст. 1 Протокола № 4 (запрещение лишения свободы за долги); 
· ст. 2 Протокола № 7 (право на апелляцию по уголовным делам); 
· ст. 3 Протокола № 7 (компенсация в случае судебной ошибки); 
· ст. 4 Протокола № 7 (право не привлекаться к суду или повторному наказанию). 
Нормы, направленные на охрану свободы передвижения и выбора места жительства: 

· ст. 2 Протокола № 4 (свобода передвижения); 
· ст. 3 Протокола № 4 (запрещение высылки граждан); 
· ст. 4 Протокола № 4 (запрещение массовой высылки иностранцев).

РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации

05 октября 2017 года ….
Иркутский районный суд в составе: председательствующего судьи Коткиной О.П., с участием прокурора ФИО5, при секретаре ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к военной части полевая почта 01162, ФГКУ «354ВКГ» Минобороны России, Министерству обороны Российской Федерации об оспаривании заключения командира военной части по материалам административного расследования, решения военно – врачебной комиссии, приказа об увольнении, взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ

:
Истец ФИО1, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, в обоснование заявленных требований с учетом уточнения указал, что с **/**/**** по **/**/**** ФИО1 проходил военную службу по контракту в войсковой части полевая почта 01162, дислоцирующейся на территории …. в зоне чрезвычайного положения в звании ефрейтора на должности старшего разведчика.
Согласно справке ВрИО начальника штаба в/ч пп 01162 от **/**/**** № ефрейтор «К» ФИО1 проходил военную службу в Вооруженных Сил Российской Федерации в войсковой части пп 01162 с **/**/****, дислоцирующейся на территории …. в зоне чрезвычайного положения. Указанный период засчитывать в выслугу лет для начисления пенсии на льготных условиях один месяц службы за три месяца. Зона чрезвычайного положения определена Постановлением Правительства № от **/**/****, а также приказом МО РФ № от **/**/****
В апреле 2016 года на одном из построений войсковой части полевая почта 01162 временно исполняющий обязанности начальника физической подготовки воинской части старший лейтенант ФИО2

сделал объявление о скором начале окружных соревнований по боксу. После объявления командир роты капитан ФИО7 спросил у военнослужащих спортсменов своей 2 разведывательной роты специального назначения о желании принять участие в соревнованиях

. В их числе был ефрейтор ФИО1, так как он неоднократно принимал участие в таких соревнованиях и занимал призовые места.
(

примечание : Устные приказы отдаются всеми командирами (начальниками). Распоряжение – форма доведения задач до подчиненных. Приказание – форма доведения задач до подчиненных по частным вопросам. Распоряжение и приказание доводится от имени командира воинской части начальником штаба части или от имени начальника гарнизона начальником штаба гарнизона устно, а также может содержаться в письменных документах.—- в суд не представлены документы об организации соревнований по боксу !!!! типа сами собрались по своему желанию

) После этого он получил от капитана ФИО7

устное распоряжение о начале подготовки к соревнованиям с возможностью выхода с территории воинской части в спортивный зал, расположенный на территории .

….—- ( ПРИМЕЧАНИЕ : — УСТАВ ВНУТРЕННЕЙ СЛУЖБЫ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 36. Приказ- распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, — по части должен быть приказ о проведении соревнований .

Глава 2. Взаимоотношения между военнослужащими


30. Единоначалие является одним из принципов строительства Вооруженных Сил Российской Федерации, руководства ими и взаимоотношений между военнослужащими. Оно заключается в наделении командира (начальника) всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и возложении на него персональной ответственности перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения и каждого военнослужащего.
Единоначалие выражается в праве командира (начальника), исходя из всесторонней оценки обстановки, единолично принимать решения, отдавать соответствующие приказы в строгом соответствии с требованиями законов и воинских уставов и обеспечивать их выполнение.
**/**/**** около 18 часов ефрейтор ФИО1 совместно с разведчиком 2 отделения 2 взвода 3 роты ФИО3 убыл на очередную тренировку. Около 20 часов 30 минут они возвращались к месту своей службы на территорию войсковой части, при переходе по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора на перекрестке улиц Нимана – Карабоева-Муштыки был сбит легковым автомобилем под управлением гражданина …. ФИО8, в результате чего получил травму. Предварительный диагноз: тяжелая сочетанная травма головы, груди, конечностей. Открытая черепно – мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени, эпи-, субдуральная гематома лобнотеменной, височной областей справа. Субарахнодальное кровоизлияние. Начальные проявления дислокации срединных структур головного мозга влево. Открытый линейный перелом теменной и весочной костей справа. Рвано – ушибленные раны лобно – теменной областей справа 6х5х3 см и 6х2 см. Множественные ссадины левой височной и теменной областей. Ушиб левой голени со смещением отломков, закрытый двухлодыжный перелом правой голени, без смещения костных отломков. Множественные ссадины левого плечевого сустава и обоих коленных суставов. Он находился на лечении в ФГКУ «45« ВГ» МО РФ с **/**/****, ФГКУ «354 ВКГ» Минобороны России в городе Екатеринбурге с **/**/**** по **/**/**** и с **/**/**** по **/**/****

характер повреждения и обоснованность оформления справки о травме рождает сомнения


В соответствии с выпиской из приказа командира в/ч пп 01162 по строевой части № от **/**/**** ефрейтор ФИО1 уволен с военной службы в связи с признанием военно – врачебной комиссией не годным к военной службе, исключен из списков личного состава воинской части с последующим убытием для постановки на воинский учет в отдел военного комиссариата …..
**/**/**** по почте к месту проживания истца поступило свидетельство о болезни военно – врачебной комиссии ФГКУ «354 ВКГ» Минобороны России № от **/**/**** Из содержания свидетельства о болезни истцу стало известно,

что травмы были получены им не при исполнении обязанностей военной службы, а также указано, что заболевание получено в период службы, но не определено как военная травма.


(

примечание : 94. Военно-врачебная комиссия выносит заключения о причинной связи увечий, заболеваний со следующими формулировками: а) «военная травма»: если увечье получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей)

;

б) «заболевание получено в период военной службы»: если увечье, заболевание получено освидетельствуемым в результате несчастного случая, не связанного с исполнением обязанностей военной службы (служебных обязанностей);


ст 37 ОВО и ВС : Статья 37. Исполнение обязанностей военной службы
а) участия в боевых действиях, выполнения задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженных конфликтов, а также участия в деятельности по поддержанию или восстановлению международного мира и безопасности либо пресечению международной террористической деятельности за пределами территории Российской Федерации;
д) выполнения приказа или распоряжения, отданных командиром (начальником);
и) следования к месту военной службы и обратно;
Вам был дан приказ — готовиться к первенству округа —- Вы находились на службе » в дороге» — расследование предвзятое , с целью «оградить командиров от ответственности» что подтверждается Вашими показаниями , считаю их действия незаконными и согласиться не могу — с учетом показаний свидетелей прошу учесть факт нахождения меня на службе во время движения от места самоподготовки до места ППД части ,
С такой формулировкой заключения по результатам административного расследования истец не согласен, поскольку полученная им травма связана с исполнением им служебных обязанностей. Из-за разногласий 
 при определении военно – врачебной комиссии в формулировке свидетельства о болезни «заболевание полученное в период военной службы» либо «военная травма» привело к нарушению прав истца, поскольку формулировка в наименовании заболевания влияет на вид социальных гарантий и размер компенсационных выплат для истца

.
Истец был уволен приказом командира воинской части с военной службы без единовременного пособия, предусмотренного п.12 ст. 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» от **/**/**** №306-ФЗ, размер которого с учетом Постановления Правительства РФ № от **/**/**** «Об утверждении размера индексации выплат пособий и компенсаций в 2017 году», совместно с Постановлением Правительства РФ от **/**/**** № «Об индексации в 2013 году размеров отдельных выплат военнослужащим, сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти, гражданам, уволенным с военной службы (службы) и гражданам, проходившим военные сборы», размер единовременного пособия составляет 2 337 352 рублей. А при установлении военнослужащему после получения травмы инвалидности вследствие полученное военной травмы, ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда в размере 14 000 рублей – инвалиду 1 группы, 7 000 рублей – инвалиду 2 группы, 2 800 рублей – инвалиду 3 группы. На момент подачи искового заявления истцу установлена 2 группа инвалидности.
Истец также не согласен с заключением по материалам административного расследования от **/**/**** № о том, что травма получена ефрейтором ФИО1 не при исполнении обязанностей военной службы, с содержанием свидетельства о болезни военно – врачебной комиссии ФГКУ «354 ВКГ» Минобороны России № от **/**/****, пункта 13 о том, что заболевание получено в период военной службы, но оно не определено как военная травма, с приказом командира в/ч пп 01162 по строевой части № от **/**/**** об увольнении с военной службы в части без указания о выплате единовременного пособия, предусмотренного пунктом 12 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» по следующим основаниям.

Содержание материалов административного расследования не соответствуют фактически произошедшим событиям. В материалах отсутствует указание на наличие устного распоряжения командира роты о подготовке к соревнованиям по боксу с возможностью выхода за пределы воинской части в ….. При проведении расследования не были опрошены рядовой ФИО3 и капитан ФИО7 Не было учтено, что в момент происшествия истец следовал к месту службы.

ПРИМЕЧАНИЕ :
ст 37 ОВО и ВС : Статья 37. Исполнение обязанностей военной службы
а) участия в боевых действиях, выполнения задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженных конфликтов, а также участия в деятельности по поддержанию или восстановлению международного мира и безопасности либо пресечению международной террористической деятельности за пределами территории Российской Федерации;
д) выполнения приказа или распоряжения, отданных командиром (начальником);
и) следования к месту военной службы и обратно;

)))))) Не согласен истец с заключением о причинной связи увечий, заболеваний и военной службы при получении травмы **/**/****, поскольку из свидетельства о болезни военно – врачебной комиссии следует, что при определении причинной связи увечья, заболевания истца использовала документы, в частности заключение по материалам расследования и справку о травме, которые не содержат сведений и формулировок том, что ефрейтор ФИО1 получил травму не при исполнении обязанностей военной службы.
( ПРИМЕЧАНИЕ : ППРФ 565- 92. Военно-врачебная комиссия заочно (по документам) определяет причинную связь увечий, заболеваний граждан, проходивших (проходящих) военную службу (приравненную службу), установление причинно-следственной связи между увечьями и заболеваниями, полученными лицами, проходившими военную службу, относится к исключительной компетенции военно-врачебной комиссии и может быть оспорено только на основании независимой военно-врачебной экспертизы если заболевание возникло у освидетельствуемого в период проведения контртеррористических операций, выполнения задач в условиях чрезвычайного положения или при вооруженных конфликтах (при условии льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии из расчета 1 месяц службы за 3 месяца), формулировка заключения военно-врачебной комиссии в редакции « заболевание получено в период военной службы» приводится, когда необходимая причинная связь между заболеванием и исполнением освидетельствуемым служебных обязанностей отсутствует или если увечье , заболевание получено освидетельствуемым в результате несчастного случая, не связанного с исполнением служебных обязанностей.

При установлении причинной связи увечья , заболевания ВВК выносит заключение на основании справки о травме и (или) заключения служебной проверки об обстоятельствах получения увечья , заболевания , а также первичных медицинских документов , составленных на момент получения увечья , заболевания . В справке о травме на основании материалов служебной проверки указываются обстоятельства, при которых военнослужащий получил увечье , и его связь с исполнением служебных обязанностей.


Военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья , заболевания на основании справки о травме , выданной командиром воинской части (руководителем органа, подразделения или учреждения), в которой гражданин проходил военную службу (приравненную службу), службу в органах и организациях прокуратуры, военные сборы в момент получения увечья , заболевания . В справке указываются обстоятельства получения увечья , заболевания (п. 96 Положения о военно-врачебной экспертизе).

ТАКЖЕ ОТСУТСТВУЮТ И НЕ ИЗУЧЕНЫ ПЕРВИЧНЫЕ ДОКУМЕНТЫ :

Согласно статье 357 Устава внутренней службы амбулаторный приём проводится в медицинском пункте полка в часы, установленные распорядком дня полка. Военнослужащие , внезапно заболевшие или получившие травму , направляются немедленно, в любое время суток, в медицинский пункт полка (госпиталь), а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения.
В соответствии со статьёй 358 этого же Устава, солдаты и сержанты направляются в медицинский пункт полка дежурным по роте под командой санитарного инструктора роты или старшего, назначенного из числа больных. После осмотра врачом (фельдшером) заболевшие, в зависимости от характера заболевания, направляются для лечения в лазарет медицинского пункта полка или в госпиталь, а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения, либо им назначается амбулаторное лечение.
Статьёй 362 Устава внутренней службы установлено, что доставка больных на стационарное лечение вне расположения полка осуществляется санитарным транспортом полка в сопровождении фельдшера (санитарного инструктора). При направлении на лечение вне расположения полка военнослужащие должны быть обмундированы в соответствии со временем года и иметь при себе направление, подписанное командиром полка, медицинскую книжку, документ, удостоверяющий личность, личные вещи и аттестат на продовольствие, в случае необходимости — справку о травме и медицинскую характеристику. )))))))
Истец не согласен с приказом командира воинской части об его увольнении, изданного без указания о предоставлении выплаты единовременного пособия и полагает, то Министерство обороны РФ и войсковая часть допустили несоблюдение условий контракта о прохождении военной службы, указав, что условия контракта от **/**/**** со своей стороны истец исполнил полностью, в период службы зарекомендовал себя с положительной стороны, как военнослужащий, ответственно относящицся к выполнению своих обязанностей, знающий нормативно – правовые акты Российской Федерации, нормы международного гуманитарного права в пределах установленного для солдат правового минимума. При необходимости отлучиться, всегда спрашивал на это разрешение командира, при нахождении вне вел себя с достоинством и честью, занимаемой воинской должности соответствует, но по состоянию здоровья н может выполнять свои служебные обязанности. Министерство обороны РФ свои обязательства по контракту о прохождении военной службы не выполнило, а именно, не предоставило истцу льготы и гарантии, предусмотренные законодательством РФ.
Просит:
— признать незаконным заключение, составленное и утвержденное в войсковой части полевая почта 01162, по материалам административного расследования от **/**/**** № в части «данная травма получена ефрейтором ФИО1 не при исполнении обязанностей военной службы»,
— признать получение травмы **/**/**** ФИО1 в городе Душанбе при обстоятельствах, связанных с выполнением служебных обязанностей, при прохождении военной службы в войсковой части полевая почта 01162,
— признать незаконным заключение военно – врачебной комиссии в неотделимой его части свидетельстве о болезни военно – врачебной комиссии № от **/**/****, выданное ФГКУ «354ВКГ» Минобороны России, в части отсутствия указания в п. 13 причинно следственной связи получения травмы **/**/**** ФИО4 в городе Душанбе и исполнением им служебных обязанностей,
— признать травмы, полученные **/**/**** ФИО1 в городе Душанбе при обстоятельствах, связанных

с исполнением служебной обязанностей военной травмой

по диагнозу, увечью, заболеванию: посттрепанационный дефект правой лобно-теменно-весочной области общей площадью сорок три целых пятьдесят сотых квадратных сантиметров, замещенный сетчатой титановой пластиной (24.06.2016г.) после декомпрессивной трепанации теменной и височной костей справа, с удалением эпидуральной гематомы правой теменно-весочной области (07.05.2016г.) по поводу открытой черепно – мозговой травмы, ушиба головного мозга тяжелой степени со сдавлением эпидуральной гематомой в теменно – височной области справа, формированием очагов геморрагического пропитывания в базальных отделах правой лобной доли, субарахноидальное кровоизлияние, открытого линейного перелома теменной и височной костей справа (06.05.2016г.) (80а).Последствия перенесенной открытой черепно – мозговой травмы (06.05.2016г.), ушиба головного мозга тяжелой степени со сдавлением эпидуральной гематомой в темено – височной области справа, формированием очага в базальных отделах левой лобной доли в виде псевдоневротического синдрома, умеренного когнитивного снижения (25-б). Ложный сустав левой большеберцовой кости в средней трети, фиксированный пластиной и винтами (24.05.2016г). Срастающийся перелом левой малоберцовой кости на границе верхней и средней трети со смещением отломков (81-б).
— признать незаконным приказ командира войсковой части пп 01162 части № от **/**/**** в части издания без указания предоставления ФИО1 выплаты единовременного пособия, предусмотренного пунктом 12 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» от **/**/**** №306-ФЗ в размере 2 337 352 рублей,
— признать Министерство обороны Российской Федерации и войсковой части 01162 сторонами несоблюдавшими условия контракта от **/**/**** о прохождении военной службы,
— взыскать солидарно с Министерства обороны Российской Федерации и войсковой части полевая почта 01162 в пользу ФИО1 единовременное пособие, предусмотренное пунктом 12 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» от **/**/**** №306-ФЗ в размере 2 337 352 рублей, с учетом коэффициента индексации и фактического роста потребительских цен на день вынесения судебного решения.
Истец ФИО1, представитель истца ФИО9 в судебном заседании заявленные требования поддержали по доводам, изложенным в иске.
Представители ответчиков Войсковая часть полевая почта 01162, ФГКУ «354ВКГ» Минобороны России, Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явились, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом.
Представителем ответчика в/ч пп 01162 представлены письменные возражения по заявленным требованиям, согласно которым административным расследованием, свидетельством о болезни № от **/**/**** установлено, что травма получена не при исполнении обязанностей воинской службы.

Получение травмы получено истцом в период личного времени военнослужащего.

Пределы воинской части ФИО1 действительно покинул с разрешения командира – капитана ФИО7 Так как в ходе административного расследования не была установлена причинно – следственная связь полученных травм истцом с исполнением обязанности воинской службы, то в удовлетворении требования просил отказать.
(((( примечание — Распределение времени и повседневный порядок. Распорядок дня и регламент служебного времени
УВС 1. Распределение времени и повседневный порядок.
219. Распределение времени в воинской части осуществляется так, чтобы обеспечивалась ее постоянная боевая готовность и создавались условия для проведения организованной боевой учебы личного состава, поддержания воинской дисциплины и внутреннего порядка, воспитания военнослужащих, повышения их культурного уровня, всестороннего бытового обслуживания, своевременного отдыха и приема пищи.)))))
В письменных возражениях представитель ответчика ФГКУ «354ВКГ» также просил в удовлетворении иска отказать.
Представитель третьего лица ФКУ «Единый расчетный центр» Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом.
Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, заключение прокурора ФИО5, полагавшей заявленные требования не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства по делу, и, оценив представленные доказательства в совокупности,

суд приходит к следующим выводам.


Согласно ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого вреда и позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от **/**/**** №-П).
В силу части первой статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (часть вторая).
Предусмотренная данной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п.11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **/**/**** № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).
Судом установлено, что **/**/**** между ФИО1 и Министерством обороны Российской Федерации в лице командира войсковой части полевая почта 54306 был заключен контракт о прохождении военной службы на срок три года с испытательным сроком три месяца.
В период с **/**/**** по **/**/**** ФИО1 проходил военную службу по контракту в должности разведчика отделения, ВУС-106646 в/ч пп 54306 в г. ФИО12 Таджикистан, в период с **/**/**** по **/**/**** в должности старшего разведчика ВУС-106847 в/ч пп 54306 г. ФИО12 Таджикистан, в период с **/**/**** в должности старшего разведчика ВУС-106847 в/ч 01162 г. ФИО13 Таджикистан, что подтверждается выпиской из послужного списка.
С **/**/**** ефрейтор ФИО1 исключен из списков личного состава воинской части и всех видов обеспечения с последующим убытием для постановки на воинский учет в отдел военного комиссариата …., что подтверждается выпиской из приказа командира войсковой части пп 01162 № от **/**/****
Истец полагает, что полученные им травмы должны быть квалифицированы как военная травма, полученная при исполнении обязанностей военной службы, а отсутствие указание на это нарушает его права на получение социальных выплат.

Указанные доводы суд находит несостоятельными ввиду следующего.


Порядок определения причинно – следственной связи полученных в период прохождения военной службы увечий и заболеваний с исполнением служебных обязанностей в соответствии с действующим правовым регулированием, в том числе в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от **/**/**** № 565, устанавливается посредством проведения военно-врачебной экспертизы. В силу подпункта «г» пункта 3 Положения о военно-врачебной экспертизе определение причинной связи увечий, заболеваний у военнослужащих, сотрудников, граждан, проходящих военные сборы, граждан, проходивших военную службу (приравненную службу), граждан, проходивших военные сборы, прокуроров, научных и педагогических работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации (далее — органы и организации прокуратуры), граждан, уволенных из органов и организаций прокуратуры, пенсионное обеспечение которых осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», а также увечий, заболеваний, приведших к смерти военнослужащих, сотрудников, граждан, проходящих военные сборы, прокурорских работников, в том числе приведших к смерти лиц, застрахованных по обязательному государственному страхованию в соответствии с законодательством Российской Федерации, возлагается на военно-врачебные комиссии.
Пунктом 91 Положения о военно-врачебной экспертизе предусмотрено, что при освидетельствовании военнослужащих, сотрудников, граждан, призванных на военные сборы, военно-врачебная комиссия определяет причинную связь полученных ими увечий, заболеваний, за исключением случаев, когда указанные граждане, получившие увечья, заболевания, находятся под следствием или когда уголовное дело в отношении таких граждан передано в суд.

Пунктом 94 Положения о военно-врачебной экспертизе установлены случаи, при которых военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «заболевание получено в период военной службы» и «военная травма». Данный перечень является исчерпывающим.


При этом следует отметить, что заключение военно-врачебной комиссии с формулировкой «военная травма» свидетельствует о наличии юридически значимой причинной связи увечья, заболевания с исполнением обязанностей военной службы (службы в иных органах).
В абзаце четвертом подпункта 2а» пункта 94 Положения о военно-врачебной экспертизе определено, что военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи заболеваний с формулировкой «военная травма», если заболевание возникло у освидетельствуемого в период проведения контртеррористических операций, выполнения задач в условиях чрезвычайного положения или при вооруженных конфликтах (при условии льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии из расчета один месяц службы за три месяца), либо в период прохождения военной службы (приравненной службы) в государстве, где велись боевые действия (при условии льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии из расчета один месяц службы за три месяца), либо в период его пребывания на разведывательной и контрразведывательной работе за границей, или если имело место прогрессирование (утяжеление течения) заболевания, возникшего до указанных событий, или если хроническое, медленно прогрессирующее заболевание подтверждается медицинскими документами и особенностями течения заболевания, позволяющими отнести начало заболевания к периоду участия освидетельствуемого в указанных событиях (при данных условиях).
———————————————————————————————-

По смыслу подпункта «б» пункта 94 Положения, формулировка заключения военно-врачебной комиссии в редакции «заболевание получено в период военной службы» приводится, когда необходимая причинная связь между заболеванием и исполнением освидетельствуемым обязанностей военной службы (служебных обязанностей) отсутствует или если увечье, заболевание получено освидетельствованным в результате несчастного случая, не связанного с исполнением обязанностей военной службы

(служебных обязанностей).
Военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья, заболевания на основании справки о травме, выданной командиром воинской части (руководителем органа, подразделения или учреждения), в которой гражданин проходил военную службу (приравненную службу), службу в органах и организациях прокуратуры, военные сборы в момент получения увечья, заболевания. В справке указываются обстоятельства получения увечья, заболевания (пункт 96 Положения о военно-врачебной экспертизе).
В силу пункта 97 Положения о военно-врачебной экспертизе при освидетельствовании граждан, проходящих (проходивших) военную службу (приравненную службу), службу в органах и организациях прокуратуры, военные сборы и получивших в период прохождения военной службы (приравненной службы), службы в органах и организациях прокуратуры, военных сборов увечье, заболевание, но не имеющих справки о травме, военно-врачебная комиссия может вынести заключение о причинной связи увечья, заболевания на основании рассмотрения других документов, отражающих обстоятельства получения увечья, заболевания.
Таким образом, право определять категорию годности к военной службе, равно как и устанавливать причинно-следственную связь полученного военнослужащим России заболевания с формулировкой «военная травма», принадлежит исключительно органам военно-врачебной комиссии.
Заключение, вынесенное военно-врачебной комиссией, в отношении гражданина может быть обжаловано им согласно пункту 8 Положения о военно-врачебной экспертизе в вышестоящую военно-врачебную комиссию или в суд.
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Статьей 60 ГПК РФ предусмотрено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Согласно представленной в материалы дела Справке – докладу по травме Медицинской службы ЦВО, подписанной начальником 452 Военного госпиталя, ефрейтор ФИО1 с его слов **/**/**** около 21 часов был сбит легковым автомобилем в …., госпитализирован в реанимационное отделение 452 ВГ, состояние тяжелое, установлен диагноз: тяжелая сочетанная травма головы, груди, конечностей, открытая черепно – мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени тяжести, эпи-, субдуральная гематома лобно-теменно-височной области справа, субарахиондальное кровоизлияние. Начальные проявления дислокации срединных структур головного мозга влево. Открытый линейный перелом теменной и височной костей справа. Рвано – ушибленные раны лобно – теменной области справа 6Х5Х3 см и 6Х2 см. Множественные ссадины левой височной и теменной областей. Ушиб мягких тканей грудной клетки справа. Закрыты косой оскольчатый перелом обеих костей средней трети левой голени со смещением отломков, закрытый двухлодыжечный перелом правой голени без смещения костных отломков. Множественные ссадины, левого плечевого сустава и обеих коленных суставов.
Из Справки – доклада командира 201 военной базы о получении травмы ефрейтором ФИО1 следует, что **/**/**** в 20-40 минут на перекрестке улиц Нимана – Карабоева-Муштыки легковой автомобиль Мерседес-Бенц государственный регистрационный № СЕ 01 совершил наезд на ефрейтора ФИО10 при движении по пешеходному переходу на разрешающий сигнал светофора. В результате ДТП ефрейтор ФИО1 получил травмы и был доставлен в отделение травматологии районной больницы «Кароболо», где ему была оказана первая медицинская помощь. В последствии ефрейтор ФИО1 доставлен в хирургическое отделение 451 военного госпиталя …., где поставлен предварительный диагноз: открытая черепно – мозговая травма, ушиб головного мозга, перелом костей свода черепа, закрытый косой оскольчатый перелом обоих костей средней трети левой голени со смещением отломков, закрытый двухлодышечный перелом правой голени без смещения отломков, множественные ссадины лица, левой височной и теменной области, левого плечевого сустава и обоих коленей.
В качестве причин случившегося указана личная неосторожность ефрейтора ФИО1, слабый контроль со стороны командования разведывательного батальона 201 военной базы за подчиненным личным составом.
Согласно Справке о травме от **/**/****, составленной ВРИО командира войсковой части пп 01162 А.Трифановым, **/**/**** около 18-30 часов после проведения боевого и пожарного расчета с разрешения командира 2 разведывательной роты (горной, специальной) капитана ФИО7 ефрейтор ФИО1 убыл по личным нуждам в ….. При убытии ефрейтор ФИО1 был проинструктирован о правилах поведения в общественных местах и соблюдении безопасности. Около 20-30 часов возвращаясь обратно в воинскую часть, при переходе дороги по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора на перекрестке улиц Нимана – Карабоева-Муштыки был сбит автомобилем под управлением гражданина РТ ФИО8, в результате чего получил травмы и был доставлен сбившим его водителем в отделение травматологии районной больницы. В последствии был доставлен и госпитализирован в 452 военный госпиталь, где ему оказана квалифицированная медицинская помощь.
По материалам административного расследования составлено заключение, согласно которому травма, полученная ефрейтором ФИО1, получена не при исполнении обязанностей военной службы. Со слов ефрейтора ФИО1 умысла уклонения от военной службы путем членовредительства он не имел, данное происшествие считает личной неосторожностью и невнимательностью.
Из Свидетельства о болезни № от **/**/**** составленной военно – врачебной комиссией ФГКУ «354 ВКГ» Минобороны России, а именно п. 13, согласно которому диагноз: посттрепанационный дефект правой лобно-теменно-весочной области общей площадью сорок три целых пятьдесят сотых квадратных сантиметров, замещенный сетчатой титановой пластиной (24.06.2016г.) после декомпрессивной трепанации теменной и височной костей справа, с удалением эпидуральной гематомы правой теменно-весочной области (07.05.2016г.) по поводу открытой черепно – мозговой травмы, ушиба головного мозга тяжелой степени со сдавлением эпидуральной гематомой в теменно – височной области справа, формированием очагов геморрагического пропитывания в базальных отделах правой лобной доли, субарахноидальное кровоизлияние, открытого линейного перелома теменной и височной костей справа (06.05.2016г.) (80а).Последствия перенесенной открытой черепно – мозговой травмы (06.05.2016г.), ушиба головного мозга тяжелой степени со сдавлением эпидуральной гематомой в темено – височной области справа, формированием очага в базальных отделах левой лобной доли в виде псевдоневротического синдрома, умеренного когнитивного снижения (25-б). Ложный сустав левой большеберцовой кости в средней трети, фиксированный пластиной и винтами (24.05.2016г). Срастающийся перелом левой малоберцовой кости на границе верхней и средней трети со смещением отломков (81-б) указано в как заболевание, полученное в период военной службы.
Указанные травмы военно – врачебной комиссией признаны как заболевание, полученное в период военной службы.
На основании статьи 80 пункта а графы III расписания болезней (приложение к Положению о военно – врачебной экспертизе, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации 2013 № и Требований к состоянию здоровья отдельных категорий граждан (Приложение № к приказу Министра обороны Российской Федерации от **/**/**** №) военно – врачебная комиссия пришла к заключению – ФИО1 признан не годным к военной службе.
Таким образом, военно – врачебной комиссией установлено, что заболевание ефрейтора ФИО1 получено в период прохождения военной службы, не является военной травмой и не дает истцу право на получение единовременной и ежемесячной денежной выплаты в соответствии с Федеральным законом «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», согласно которому при увольнении военнослужащего с военной службы или отчислении с военных сборов гражданина, призванного на военные сборы, в связи с признанием его не годным к военной службе вследствие военной травмы ему выплачивается единовременное пособие в размере: 1) 2 000 000 рублей — военнослужащему, проходящему военную службу по контракту; 2) 1 000 000 рублей — военнослужащему, проходящему военную службу по призыву, или гражданину, призванному на военные сборы (п.12). При установлении военнослужащему или гражданину, призванному на военные сборы, в период прохождения военной службы (военных сборов) либо после увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов) инвалидности вследствие военной травмы ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного его здоровью, в размере: 1) 14 000 рублей — инвалиду I группы; 2) 7 000 рублей — инвалиду II группы; 3) 2 800 рублей — инвалиду III группы (п.13), а также последующих выплат и компенсаций.
Доводы истца об отсутствии опроса в качестве свидетелей сослуживцев истца при проведении административного расследования не влияют на выводы суда, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 31 Федерального закона от **/**/**** № 53-ФЗ «О статусе военнослужащих» определен перечень случаев, когда военнослужащий признается исполняющим обязанности военной службы.
Так, в соответствии с подпунктом «е» пункта 1 статьи 37 данного Федерального закона военнослужащий, гражданин, проходящий военные сборы, и гражданин, пребывающий в мобилизационном людском резерве, считаются исполняющими обязанности военной службы в случае нахождения на территории воинской части в течение установленного распорядком дня служебного времени или в другое время, если это вызвано служебной необходимостью.
Судом установлено, что на момент получения травм **/**/**** истец находился за пределами воинской части, не исполнял служебные обязанности, травма причинена ему в период его свободного времени, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения иска.
Доводы истца о том, что он находился за территорией воинской части по служебной необходимости, и свидетельские показания, представленные истцом, не могут быть приняты судом. ( а ПОЧЕМУ????) Так, материалы административного расследования не содержат сведений о том, что в момент получения травмы военнослужащий ФИО1 находился за пределами территории войсковой части по распоряжению командира роты. Письменных распоряжений о направлении военнослужащего на тренировки, связанные с участием в соревнованиях в указанный день и в данное время, не выносилось, график посещений истцом тренировок войсковой частью установлен не был, военнослужащий получил травмы в период пребывания за пределами части по своему собственному усмотрению. Таким образом, доказательств того, что нахождение ФИО1 за пределами воинской части в вечернее время было вызвано служебной необходимостью, истцом не представлено.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к военной части полевая почта 01162, ФГКУ «354ВКГ» Минобороны России, Министерство обороны Российской Федерации об оспаривании заключения командира военной части по материалам административного расследования, решения военно – врачебной комиссии, приказа об увольнении, взыскании денежных средств – отказать.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Иркутский районный суд в течение месяца со дня приятия решения в окончательной форме.
Судья О.П. Коткина

подготовка к заполнению формуляра 

22. Европейский Суд напомнил, что право на справедливое судебное разбирательство судом, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете Преамбулы к Конвенции, которая декларирует в соответствующей части принцип верховенства закона как часть общего наследия Высоких Договаривающихся Сторон. Одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, помимо прочего, что если суды окончательно рассмотрели вопрос, то их решение не может более подвергаться сомнению (см. постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Брумареску против Румынии» (Brumarescu v. Romania), жалоба N 28342/95, ECHR 1999-VII, § 61).

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято в том числе при точном соблюдении норм процессуального права. 

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требования закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55596167 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении»). 

Данные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом учтены не были. 

ПОЛОЖЕНИЕ О ВОЕННО-ВРАЧЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЕ   постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 г. N 565

94. Военно-врачебная комиссия выносит заключения о причинной связи увечий, заболеваний со следующими формулировками: а)«военная травма»:
если увечье получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей);

ППРФ 565——Пунктом 94 указанного Положения установлены случаи, при которых военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «заболевание получено в период военной службы» и «военная травма «. Данный перечень является исчерпывающим.
При этом следует отметить, что заключение военно-врачебной комиссии с формулировкой «военная травма » свидетельствует о наличии юридически значимой причинной связи увечья, заболевания с исполнением обязанностей военной службы (службы в иных органах).
Формулировка заключения военно-врачебной комиссии в редакции «заболевание получено в период военной службы» приводится, когда необходимая причинная связь между заболеванием и исполнением обязанностей военной службы (служебных обязанностей) отсутствует и если увечье, заболевание получено освидетельствованным в результате несчастного случая, не связанного с исполнением обязанностей военной службы (служебных обязанностей).
Военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья, заболевания на основании справки о травме , выданной командиром воинской части (руководителем органа), в которой гражданин проходил военную службу (военные сборы), службу в органах в момент получения увечья. В справке указываются обстоятельства получения увечья. Под формулировку «военная травма » подпадают телесные повреждения, полученные освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в связи с осуществлением служебной деятельности.
Согласно п. 96 Положения Военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечья, заболевания на основании справки о травме , выданной командиром воинской части (руководителем органа, подразделения, организации или учреждения), в которой гражданин проходил военную службу (приравненную службу), службу в органах и организациях прокуратуры, военные сборы в момент получения увечья, заболевания.
Таким образом, право устанавливать причинно-следственную связь полученного гражданином, проходившим военную службу (приравненную службу), увечья с формулировкой «военная травма » принадлежит исключительно органам военно-врачебной комиссии.

———— 

при переходе дороги по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора

( примечание — судя по травмам скорость Автотранспорта была около 100 км в час ) на перекрестке улиц Нимана – Карабоева-Муштыки был сбит автомобилем под управлением ФИО6, в результате чего получил травмы и был доставлен сбившим его водителем в отделение травматологии районной больницы. В последствии был доставлен и госпитализирован в 452 военный госпиталь, где ему оказана квалифицированная медицинская помощь. (

примечание — в суде не поднят вопрос — 1. видимость вечером. 2. откуда вылетел мерседес и за какое время оказался на пешеходном переходе —— к тому же на основании материалов дела _ Шарипов ( превысил скорость, был пьян, был поворот дороги поэтому осуществил наезд по неосторожности и т.д. )

)Согласно заключению, составленному по материалам административного расследования, травму ефрейтор Лысенко Я.В., получил не при исполнении обязанностей военной службы. Со слов ефрейтора Лысенко Я.В. умысла уклонения от военной службы путем членовредительства он не имел,

данное происшествие считает личной неосторожностью и невнимательностью.

суд не раасмотрел представленный доказательства : 

 Устные приказы отдаются всеми командирами (начальниками). Распоряжение – форма доведения задач до подчиненных. Приказание – форма доведения задач до подчиненных по частным вопросам. Распоряжение и приказание доводится от имени командира воинской части начальником штаба части или от имени начальника гарнизона начальником штаба гарнизона устно, а также может содержаться в письменных документах.—- в суд не представлены документы об организации соревнований по боксу !!!! типа сами собрались по своему желанию

) После этого он получил от капитана ФИО7

устное распоряжение о начале подготовки к соревнованиям с возможностью выхода с территории воинской части в спортивный зал, расположенный на территории .

….—- ( ПРИМЕЧАНИЕ : — УСТАВ ВНУТРЕННЕЙ СЛУЖБЫ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 36. Приказ- распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, — по части должен быть приказ о проведении соревнований .

Глава 2. Взаимоотношения между военнослужащими

Статья 13 

Право на эффективное средство правовой защиты 

Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

«Устав внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации» (утв. Указом Президента РФ от 14.12.1993 N 2140) 

Глава 7. Безопасность военной службы    

318. В целях обеспечения безопасности военной службы приказом командира полка (приложение N 9) создается постоянно действующая комиссия по безопасности военной службы под председательством одного из его заместителей, которая организует выполнение мероприятий по обеспечению безопасности военной службы.

319. Командир полка отвечает за безопасность военной службы в полку. В целях организации и постоянного обеспечения безопасности военной службы в дополнение к обязанностям командиров (начальников), изложенным в статьях 7586 настоящего Устава, он обязан:

организовывать расследование каждого факта причинения вреда здоровью военнослужащих либо факта, повлекшего иные тяжкие последствия в результате нарушения требований безопасности военной службы, а в случае происшествий и правонарушений, связанных с гибелью военнослужащих, их массовым заболеванием, получением военнослужащими увечий (ранений, травм, контузий) с трудопотерями или причинением вреда здоровью (гибелью) и имуществу местного населения, окружающей среде по вине военнослужащих, лично участвовать в расследовании, привлекать виновных к ответственности и принимать меры по устранению нарушений требований безопасности военной службы; незамедлительно уведомлять о происшествиях и правонарушениях, связанных с гибелью военнослужащих, их массовым заболеванием, получением военнослужащими увечий, военного прокурора, руководителя военного следственного органа Следственного комитета Российской Федерации, органы военной полиции и принимать меры, предусмотренные законодательством Российской Федерации;

363. Обо всех военнослужащих, поступивших на стационарное лечение вне расположения полка, а также о выписке их по выздоровлении начальник (командир) военно-медицинского учреждения (медицинской части) обязан в тот же день сообщить командиру полка, из которого эти военнослужащие прибыли.

ПРИКАЗ
от 22 июля 2015 г. № 444

ОБ УТВЕРЖДЕНИИ РУКОВОДСТВА
ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ БЕЗОПАСНОСТИ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ В ВООРУЖЕННЫХ
СИЛАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
 ( однако почти все тоже самое)

VIII. ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОМАНДИРА (НАЧАЛЬНИКА)
ВОИНСКОЙ ЧАСТИ (ОРГАНИЗАЦИИ) ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ФАКТОВ
ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ЗДОРОВЬЮ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ

169. В соответствии с требованиями статьи 319 Устава внутренней службы и в целях организации и постоянного обеспечения безопасности военной службы командир (начальник) воинской части (организации) организовывает расследование каждого факта причинения вреда здоровью военнослужащих либо факта, повлекшего иные тяжкие последствия, в том числе гибель (смерть) военнослужащих, их массовое заболевание, получение увечий (ранений, травм, контузий) с трудопотерями (далее — причинение вреда здоровью военнослужащих).

170. Организация расследования по факту причинения вреда здоровью военнослужащих осуществляется при:

непосредственном обнаружении причинения вреда здоровью военнослужащих командиром (начальником) подразделения (службы), начальником медицинской службы (медицинским работником) воинской части (организации) либо иным должностным лицом воинской части (организации);

заявлении пострадавшего военнослужащего;

уведомлении в установленном порядке руководителя медицинского учреждения о поступлении на стационарное лечение или обращении за медицинской помощью военнослужащего;

сообщении правоохранительных органов;

подаче рапорта должностного лица воинской части (организации) или уведомлении (сообщении, заявлении) иных лиц, в том числе родственников пострадавшего военнослужащего.

171. При обнаружении признаков преступления в действиях других лиц в отношении пострадавшего или в действиях самого пострадавшего военнослужащего командир (начальник) воинской части (организации) незамедлительно докладывает об этом старшему командиру (начальнику), уведомляет военного прокурора, руководителя военного следственного органа, начальника органа военной полиции, поручает дознавателю составить рапорт об обнаружении признаков преступления и провести по нему проверку в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации.
Причины и обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью военнослужащих, в том числе повлекшего гибель (смерть), массовое заболевание военнослужащих, расследуются должностными лицами вышестоящих органов военного управления.

172. По факту причинения вреда здоровью военнослужащих, прикомандированных к воинской части (организации) (находящихся на излечении в военно-медицинском учреждении), расследование организуется командиром (начальником) этой воинской части (организации) (начальником военно-медицинского учреждения), а материалы расследования и принятое по его завершении решение направляются командиру (начальнику) воинской части (организации), являющейся постоянным местом военной службы пострадавшего военнослужащего.

173. Факт причинения вреда здоровью военнослужащих, явившийся следствием происшествия на объекте, подлежащем государственному надзору (техническому, энергетическому, пожарному, санитарно-эпидемиологическому, архитектурно-строительному, за ядерной и радиационной безопасностью, безопасностью полетов), расследуется с привлечением специалистов соответствующих надзорных органов Министерства обороны и с учетом требований законодательства Российской Федерации.

174. Для проведения расследования командир (начальник) воинской части (организации) назначает должностное лицо воинской части (организации). Факты группового причинения вреда здоровью военнослужащих (два и более пострадавших) расследуются одним из заместителей командира (начальника) воинской части (организации).

175. В ходе расследования устанавливаются:

обстоятельства, способствовавшие причинению вреда здоровью военнослужащих;

вина пострадавшего военнослужащего;

наличие причинной связи между действиями (бездействием) должностных лиц, допустивших нарушение (не обеспечивших соблюдение) требований безопасности, и наступившими последствиями причинения вреда здоровью военнослужащих;

лица, виновные в причинении вреда здоровью военнослужащих, и данные, характеризующие личность виновного;

должностные лица, допустившие нарушение (не обеспечившие соблюдение) требований безопасности, повлекшее причинение вреда здоровью военнослужащих;

обстоятельства, имеющие значение для принятия решения по результатам расследования.

176. Расследование проводится посредством опроса пострадавшего, его сослуживцев, очевидцев случившегося, должностных лиц воинской части (организации), причастных к событию, сбора необходимых документов (письменных объяснений, справок, заявлений, данных осмотра места причинения вреда здоровью военнослужащих, заключений и пояснений специалистов).

177. Расследование проводится в течение трех суток с момента выявления факта причинения вреда здоровью военнослужащих.

178. Результаты расследования оформляются заключением об итогах расследования факта причинения вреда здоровью военнослужащих (далее — заключение) (приложение N 13 к настоящему Руководству).
В заключении делаются выводы о наличии или отсутствии признаков преступления в действии (бездействии), повлекшем причинение вреда здоровью военнослужащих.

179. По итогам расследования командир (начальник) воинской части (организации) в десятидневный срок принимает решение по устранению причин и условий, способствовавших причинению вреда здоровью военнослужащих, и привлечению виновных должностных лиц к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации. Данное решение объявляется приказом командира (начальника) воинской части (организации).

180. Заключение, материалы расследования, решение командира (начальника) воинской части (организации) по устранению причин и условий, способствовавших причинению вреда здоровью военнослужащих, хранятся в штабе воинской части (организации).

РАССЛЕДОВАНИЕ ПРОВЕДЕНО НЕПОЛНО , В ОТСУТСТВИИ ПОСТРАДАВШЕГО ( пока был в госпитале)  

Согласно Справке о травме от 03.06.2016, составленной ВРИО командира войсковой части пп 01162 А.Трифановым, 06.05.2016, после проведения боевого и пожарного расчета с разрешения командира 2 разведывательной роты (горной, специальной) капитана ФИО8, ефрейтор Лысенко Я.В. убыл по личным нуждам в г.Душанбе

суд не раасмотрел представленный доказательства : 

 Устные приказы отдаются всеми командирами (начальниками). Распоряжение – форма доведения задач до подчиненных. Приказание – форма доведения задач до подчиненных по частным вопросам. Распоряжение и приказание доводится от имени командира воинской части начальником штаба части или от имени начальника гарнизона начальником штаба гарнизона устно, а также может содержаться в письменных документах.—- в суд не представлены документы об организации соревнований по боксу !!!! типа сами собрались по своему желанию

) После этого он получил от капитана ФИО7

устное распоряжение о начале подготовки к соревнованиям с возможностью выхода с территории воинской части в спортивный зал, расположенный на территории .

….—- ( ПРИМЕЧАНИЕ : — УСТАВ ВНУТРЕННЕЙ СЛУЖБЫ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 36. Приказ- распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, — по части должен быть приказ о проведении соревнований .

Глава 2. Взаимоотношения между военнослужащими

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ 
93. Заявитель жаловался на нарушение статьи 13 Конвенции в связи с тем, что не располагал эффективным средством защиты в отношении своей жалобы на нарушение статьи 3 Конвенции. Статья 13 Конвенции гласит: 
«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве». 
94. Власти утверждали, что заявитель располагал эффективным средством правовой защиты в отношении своих жалоб на нарушение статьи 3, так как имел возможность обжаловать данные постановления следственных органов в суд. 
95. Суд отмечает, что данная жалоба связана с жалобой, рассмотренной выше, и поэтому также должна быть признана приемлемой. 
96. Учитывая вывод в отношении статьи 3 (см. пункты 79 и 92 выше), Суд считает, что нет необходимости рассматривать вопрос о том, было ли в настоящем деле допущено нарушение статьи 13 Конвенции (см., среди прочих источников, постановление Европейского Суда от 30 января 2014 года по делу «Великанов против России» (Velikanov v. Russia), жалоба № 4124/08, пункты 67-70)

Статья 41 

Справедливая компенсация 

Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.

Согласно правовым позициям Европейского суда по правам человека, если установлено, что предварительное следствие, вопреки заявленным фактам и требованиям действующего уголовно-процессуального законодательства, не было возбуждено или было проведено поверхностно, неполно и с большими и очевидными погрешностями, либо уголовное дело было неправомерно прекращено или приостановлено, либо преступникам по тем или иным причинам был необоснованно вынесен оправдательный приговор, то государство может быть признано виновным в нарушении соответственно ст. ст. 2, 3 и 13 Конвенции и обязано произвести компенсацию причиненного потерпевшим ущерба. Такая правовая позиция Европейского суда по правам человека однозначно выражена в решениях по делам «Костелло Робертс против Соединенного Королевства», «Ассенов против Болгарии»

Федеральный закон от 07.11.2011 N 306-ФЗ (ред. от 29.12.2017) «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»

Статья 3. Отдельные выплаты военнослужащим

12. При увольнении военнослужащего с военной службы или отчислении с военных сборов гражданина, призванного на военные сборы, в связи с признанием его не годным к военной службе вследствие военной травмы ему выплачивается единовременное пособие в размере:

1) 2 000 000 рублей — военнослужащему, проходящему военную службу по контракту;

13. При установлении военнослужащему или гражданину, призванному на военные сборы, в период прохождения военной службы (военных сборов) либо после увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов) инвалидности вследствие военной травмы ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в возмещение вреда, причиненного его здоровью, в размере:

1) 14 000 рублей — инвалиду I группы;

2) 7 000 рублей — инвалиду II группы;

Реферат: Европейская Конвенция по правам человека и основным свободам и российское законодательство

смотреть на рефераты похожие на «Европейская Конвенция по правам человека и основным свободам и российское законодательство»

Оглавление

|Введение. |4 |
|Глава 1. Европейской конвенции о защите прав человека и |6 |
|основных свобод | |
|1.1 Основные сведения о Европейской конвенции о защите прав |6 |
|человека и основных свобод | |
|1.2 Порядок работы Европейского суда по правам человека в г.|11 |
|Страсбург | |
|1.3 Роль и функции Комитета Министров Совета Европы |20 |
|1.4 Недействительность оговорок к Европейской конвенции о |24 |
|защите прав человека и основных свобод | |
|Глава 2. Сравнительная характеристика основных положений |35 |
|Конвенции и российского законодательства | |
|2.1 Правовые нормы, направленные на охрану жизни и здоровья |40 |
|человека. | |
|2.2 Правовые нормы, направленные на охрану достоинства, |42 |
|независимости и равноправия людей. | |
|2.3. Правовые нормы, направленные на охрану развития и |44 |
|свободы самовыражения человека. | |
|2.4 Правовые нормы, направленные на охрану личной свободы и |47 |
|обеспечение судебной защиты прав и свод. | |
|Глава 3. Практика рассмотрения дел Страсбургским судом по |50 |
|жалобам с участием граждан Российской Федерации | |
|3.1 Обзор решений Европейского суда по правам человека на |50 |
|предмет приемлемости по жалобам, поданным против РФ | |
|3.2 Обзор окончательных решений Европейского суда по правам |65 |
|человека против РФ | |
|Заключение. |84 |
|Список использованной литературы |86 |

Введение

Выбирая данную тему для дипломной работы, я руководствовался важностью этой темы, ее новизной для российского права, актуальностью вопросов которые ставит Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод перед государственной системой России, а главное появившаяся реальная возможность гражданина РФ обжаловать действия публичной власти в международном суде, добиваясь реализации своих прав человека, оказать давление на государственную систему с целью приведения наших правовых норм в соответствие с международными стандартами, т.е. повлиять на построение в России правового государства.

По мнению Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека
П.А. Лаптева: «Необходимо срочно обучать наших юристов прецедентному праву, начиная от его теоретических основ. У нас разделили теорию права и теорию международного права, не заметив ст. 15 (ч. 4) Конституции РФ. Хватит говорить о том, что международное право является особой правовой системой.
Ничего подобного! это устаревшая теория. Международное право в том объеме, в каком оно записано в нашей Конституции, является составной частью российской правовой системы. Необходимо по-новому рассматривать роль прецедента, который является важнейшим источником современного международного права» [28, стр.6].

Я считаю — нет ни одного международного института, который оказал бы большее влияние на формирующуюся правовую систему России. Под влиянием
Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, а главное практики Европейского суда привнесены серьезные новеллы в российскую правовую систему, начиная от принципа лишения свободы только на основании решения судебного органа и заканчивая реформой института надзорного обжалования судебных решений, вступивших в законную силу.

Знаменательно, что хотя решение Европейского Суда формально обязательно лишь для государства-ответчика (статья 46 часть 1 Конвенции), российский Конституционный суд ссылается при толковании Конституции и
Конвенции на решения, вынесенные Европейским Судом в отношении других европейских государств. Такой подход Конституционного суда свидетельствует о его солидарности с практикой, уже распространенной во многих других государствах, согласно которой прямое действие решения Европейского Суда имеет место не только в государстве-ответчике, но и в определенной степени в других государствах участниках (действие erga omnes).

Прецеденты Европейского Суда уже стали частью правовой системы
Российской Федерации. В 1998-99 г.г. Конституционный Суд Российской
Федерации в целом упоминал позицию Европейского Суда по правам человека, в последнее время в Постановлениях Конституционного Суда мы видим прямые отсылки к решениям Европейского Суда. В постановлении от 15.01.2002 N1-П
Конституционный Суд обосновывает свое решение позицией Европейского Суда по делу “Хорнсби против Греции”, в постановлении от 13.12.2001 N16-П упоминаются решения от 23 сентября 1982 года по делу «Спорронг и Леннрот против Швеции» и от 21 февраля 1986 года по делу «Джеймс и другие против
Соединенного Королевства». В других постановлениях Конституционного Суда от
25.04.2001 N6-П, от 27.06.2000 N11-П, 16.05.2000 N8-П также содержатся прямые отсылки к конкретным решениям Европейского суда по правам человека.

§ 1 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

§ 1.1 Основные сведения о Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 г.* и те Протоколы, которые представляют собой дополнительные договоры к
Конвенции, своего рода ее продолжение (Протоколы № 1, 4,6 и 7), но не вносят изменений в текст самой Конвенции, занимают центральное место среди договоров Совета Европы, относящихся к правам человека. В принципе участие в Совете Европы не предполагает обязательного участия во всех таких договора. Конвенция и Протоколы не являются частью Устава Совета Европы.
Однако с течением времени сложилась практика, которая, скорее всего, свидетельствует о проявлении обычной нормы, согласно которой участие в
Совете Европы должно влечь за собой участие в Конвенции. Вступая в Совет
Европы в 1996 году, Россия взяла на себя обязательство подписать и ратифицировать Конвенцию и Протоколы к ней. К настоящему времени, что выполнено через ФЗ от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» за исключением ратификации подписанного Россией Протокола № 6, предусматривающего отмену смертной казни.

Следует отметить, что есть члены Совета Европы, которые либо не подписали Протокол № 6, либо подписали его, но не ратифицировали.

Россия ратифицировала Конвенцию с оговоркой и заявлением:

«РФ в соответствии со ст. 64 (согласно Протокола № 11 от 11.05.94 года ст. 57) Конвенции заявляет, что положение пункта 3 и 4 статьи 5 не препятствуют применению нижеследующих положений законодательства РФ: санкционированного абзацем вторым пункта 6 раздела второго Конституции
РФ 1993 года временного применения установленного частью 1 статьи 11, ч.1 ст. 89 , статьями 90, 92, 96, 96.1, 96.2, 97, 101 и 122 УПК РСФСР от
27.10.1960 года, с последующими изменениями и дополнениями порядка ареста, содержание под стражей и задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления; основанных на пункте 2 ст. 26 Закона РФ «О статусе военнослужащих» от
22.01.1993 статей 51-53 и 62 Дисциплинарного устава ВС РФ, утвержденного указам Президента РФ от 14.12.1993 г. № 2140, устанавливающих арест с содержанием на гауптвахте в качестве меры дисциплинарного взыскания, налагаемой во внесудебном порядке на военнослужащих – солдат, матросов, сержантов, старшин, прапорщиков и мичманов.

Срок действия этой оговорки ограничен периодом, который потребуется для внесения в законодательство РФ изменений, полностью устраняющих несоответствия указанных норм выше положений положениям Конвенции»;

Конституции РФ устанавливает:

«Статья 15 часть 4.

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Статья 46 часть 3.

Каждый вправе в соответствии с международным договорами РФ обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты».

Т.е. кроме возможности в ходе рассмотрения дел внутри России использовать нормы данной Конвенции и Протоколов, на что дополнительно указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31.10. 95 , у граждан РФ появилась возможность в спорах с государственными чиновниками обратиться к более беспристрастному арбитру – Европейскому Суду по правам человека, по предмету нарушения своих прав и свобод (зачастую подробно регулируемых национальным законодательством). При этом, как следует из ст.32 в Суд вправе обращаться как, физическое, так и юридическое лицо. В силу ст. 1 Протокола № 1 Конвенции «каждое физическое и юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом», а также и в других случаях, свежий пример дело Компания «Сотрансавто холдинг» против Украины
(кроме ст. 1 Протокола № 1 Конвенции, предметом жалобы является нарушение п.1 ст. 6 – давление исполнительными органами власти на суд во время производства по делу в национальном суде). [19, стр. 14]

При правильной конструкции жалобы успех может выразиться не только в подтверждении Судом прав и свобод заявителя, но и выплате компенсации за причиненный вред (неимущественный и имущественный).

Суд давно установил, что заявитель не обязан ссылаться непосредственно на Конвенцию в судах у себя в стране, если он приводит внутренние правовые положения в основном аналогичного содержания, сделать это необходимо, если она является единственным имеющимся средством защиты. [22, стр.73]

В Конвенции и Протоколах речь идет о следующих правах и свободах:

Раздел 1 – Права и свободы

— Право на жизнь ст. 2;

— Запрещение пыток ст. 3;

— Запрещение рабства и принудительного труда ст. 4;

— Право на свободу и личную неприкосновенность ст. 5;

— Право на справедливое судебное разбирательство ст. 6;

— Наказание исключительно на основании закона ст. 7;

— Право на уважение частной и семейной жизни ст. 8;

— Свобода мысли, совести и религии ст. 9;

— Свобода выражения мнения ст. 10;

— Свобода собрания и ассоциаций ст. 11;

— Право на вступление в брак ст. 12;

— Право на эффективные средства правовой защиты ст.13;

— Запрещение дискриминации;

— Отступление от соблюдения обязательств в чрезвычайных ситуациях ст. 15;

Протокол № 1 от 20.11.1952 г.:

— Защита собственности ст. 1;

— Право на образование ст. 2;

— Право на свободные выборы ст. 3;

Протокол № 4 от 16.09.1963 г.:

— Запрещение лишения свободы за долги ст. 1;

— Свобода передвижения ст. 2;

— Запрещение высылки граждан ст. 3;

— Запрещение массовой высылки иностранцев ст. 4;

Протокол № 7 от 22.11.1984 г.:

— Процедурные гарантии в случае высылки иностранцев ст. 1;

— Право на апелляцию по уголовным делам ст. 2;

— Компенсация в случае судебной ошибки ст. 3;

— Право не привлекаться к суду или повторному наказанию ст. 4;

— Равноправие супругов ст.5;

Их содержание в значительной степени ограничено категорией
«гражданских и политических прав». Экономические, социальные и культурные права входят в первую очередь в сферу действия Европейской социальной хартии.

Процедура обращения, компетенция суда изложены:

Раздел 2 – Европейский Суд по правам человека

Раздел 3 – Прочие положения.

Кроме того, есть целый ряд справочной, поясняющей литературы в дополнение, к которой можно привести некоторые ресурсы Интернет: www.echr.coe.int – официальный сайт Страсбургского суда. www.echr.ru – русскоязычный сайт Страсбургского суда www.coe.ru – сайт Информационного центра Совета Европы в России.

В Санкт-Петербурге работает Региональный Центр Информации и
Документирования Совета Европы.

§ 1.2 Порядок работы Европейского суда по правам человека в г.
Страсбург

Можно сделать некоторые выводы вытекающие, непосредственно из текста Конвенции. Во-первых, согласно ст. 32 только Суд наделен исключительной компетенцией официального толкования положения Конвенции и разъяснять порядок ее применения. Во-вторых, Суд в своем постановлении не только констатирует факт нарушения Конвенции, но и осуществляет толкование отдельных конвенционных положений, применяемых Судом в ходе рассмотрения этого дела. В-третьих, из Конвенции прямо вытекает то, что толкование Конвенции, данное Европейским судом по правам человека, является обязательным для любого государства, являющегося стороной в споре, переданном на рассмотрение суда.

При этом Европейский суд «не может отменить решение, вынесенное органом государственной власти или национальным судом, не дает указаний законодателю, не осуществляет абстрактный контроль национального законодательства или судебной практики, не имеет права давать распоряжения о принятии мер, имеющих юридические последствия. Суд рассматривает только конкретные жалобы с тем, чтобы установить, действительно ли были допущены нарушения требований Конвенции». Обязательства, которыми могут быть возложены на государство непосредственно решением Европейского суда, сводятся лишь к обязанности

——выплатить потерпевшей стороне справедливую компенсацию за причинение материального ущерба, морального вреда,

——а также возместить выигравшей стороне понесенные ей судебные издержки и расходы.
Вместе с тем, наряду с выплатой компенсации по ст. 41, государства, в отношении которых принято решение о нарушении ими положений Конвенции, обычно предпринимают меры по устранению таких нарушений, в том числе и путем внесений изменений в законодательство и правоприменительную практику.
[28, стр.24]

Статьи Конвенции носят общий характер, но конкретизированы в сотнях дел, что соответственно делает положения Конвенции жизнеспособными и придает им силу — формируется на основе них прецедентное право в области прав человека, так как Европейский суд считает для себя обязательным придерживаться вынесенным решениям в аналогичных делах.

Вместе с тем, прецедентное право Европейского суда согласно общепризнанному мнению не является чем-то застывшим и неизменным.
«Европейский суд, — как заявил его председатель Р.Рисдаль в своем выступлении на IV внеочередном всероссийском съезд судей 4 декабря 1996г.,
— рассматривает Конвенцию в качестве живого, развивающегося договора, который подлежит толкованию в свете тех условий, которые сложились на настоящее время».

Общепризнанным в теории права является принцип, согласно которого создатель нормы обладает и правами по ее отмене либо изменению. [28, стр.25]

Надзор за выполнением решений Страсбургского суда осуществляется
Комитетом министров Совета Европы (ст. 54 Конвенции), который в принципе уполномочен приостанавливать членство или исключать любого члена Совета, «в случае серьёзных нарушений прав человека» (ст. 3, ст. 8 Устава Совета
Европы), в частности — в случае нежелания государства исполнять решения
Суда — ст. 52, ст. 53 Конвенции.

В суде действуют очень жесткие правила: жалоба принимается к рассмотрению, если пройдены все национальные судебные инстанции, все факты, являющиеся предметом иска, должны иметь место после ратификации страной Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (для России это май 1998 года) и между решением высшей национальной судебной инстанции и подачей заявления в Страсбург не прошло более 6 месяцев, а также если сама жалоба находится в компетенции суда по правам человека. [21, стр.4]

Как показала практика Суда, при этом необходимо, чтобы заявитель исчерпал только те средства защиты, которые открыты для него по праву, а не в качестве привилегии[2, стр.73] т.е. необходимо и достаточно пройти всю судебную вертикаль, все судебные инстанции, где возбуждение процесса зависит исключительно от инициативы заявителя, пока для России это апелляцию и кассацию.

С принятием новых Арбитражного процессуального и Гражданского процессуального кодексов внесены серьёзные новеллы в надзорный порядок обжалования судебных решений, вступивших в законную силу, которые, возможно, в будущем изменят отношения Суда к этому институту.

Хотя это и не является в данное время обязательным, но как в случае общих, так и арбитражных судов будет неплохо, если заявитель попытаетесь инициировать возбуждение надзорного производства, при этом признание заявления неприемлемым в связи с тем, что не исчерпаны внутренние средства защиты, является лишь временным препятствие. Суд вновь рассмотрит это же самое заявление в случае его повторной подачи, как только заявитель использует все имеющиеся внутренние средства защиты, является лишь временным препятствием. Выдвигать возражения относительно того, что данный заявитель не исчерпал внутренние средства защиты, и нести бремя доказательства наличия имеющихся и достаточных внутренних средств защиты должно государство-ответчик. [22, стр.73] Главное не потерять право на обращение по истечению срока обжалования.

Схема контрольного механизма Европейской конвенции по правам человека. [22,
Приложение 1]

Европейский суд по правам человека (на постоянной основе)

При этом индивидуальные жалобы могут направляться не только по почте
(European Court of Human Right. Council of Europe, F-67075 Strasburg-
Cedex), но даже по факсу (Tel: 33(0) 3 88 41 20 18 Fax: 33 (0) 3 88 41 27
30) и до стадии принятия решения о приемлемости переписка может вести на русском языке, т.к. он является одним из государственных языков участников
Конвенции. [14, стр.60], [30, стр.15]

В случае признания жалобы приемлемой Суд продолжает рассмотрение дела и одновременно «предоставляет свои услуги заинтересованным сторонам с целью обеспечения дружественного урегулирования дела на основе прав человека, как они определены в… Конвенции и Протоколах к ней» (п. 1(b) ст. 38). Для создания условий, благоприятствующих достижению дружественного урегулирования, Европейская конвенция особо предусматривает, что процедура его согласования должна носить конфиденциальный характер.

Согласно ст. 30, в любой момент до вынесения собственного постановления Палата может при определенных условиях «уступить юрисдикцию в пользу Большой Палаты, если ни одна из сторон не возражает против этого». В частности, такое может произойти, если находящееся на рассмотрении Палаты дело «поднимает серьезный вопрос, касающийся толкования Конвенции или
Протоколов к ней, или если решение вопроса может войти в противоречие с ранее вынесенным Судом постановлением» (ст. 30).

В Конвенции предусматривается возможность повторного слушания дела
Большой Палатой, — это нововведение по сравнению с предыдущим контрольным механизмом. По п. 1 ст. 43 «в течение трех месяцев с даты вынесения Палатой постановления любая из сторон в деле в исключительных случаях может подавать прошение о его направлении на рассмотрение Большой Палатой». Такое прошение будет изучено Комитетом в составе пяти судей Большой Палаты и принято, «если дело поднимает серьезный вопрос, касающийся толкования или применения… Конвенции или Протоколов к ней, или другой серьезный вопрос общего характера» (п. 2 ст. 43). Подробнее эта новая функция будет проанализирована ниже.

Для того чтобы понять, что же авторы реформы подразумевали под термином «серьезный вопрос, касающийся толкования или применения
Конвенции», следует обратиться к тексту Пояснительной записки к Протоколу №
11, в соответствии с которым и была осуществлена реформа контрольного механизма. Согласно Пояснительной записки, речь идет о серьезном вопросе, касающемся толкования Конвенции, когда: а) решается важный вопрос, по которому ранее Суд не принимал никакого решения; б) решение важно для рассмотрения дел в будущем, а также для развития прецедентного права Суда; в) рассматриваемое решение не соответствует ранее принятому Судом решению.
Речь идет о серьезном вопросе, касающемся применения Конвенции, когда постановление Суда вызывает необходимость внесения серьезных изменений в национальное право или административную практику государств-участников, но вместе с тем не возникает вопроса о толковании Конвенции. «Серьезный вопрос общего характера должен затрагивать существенную политическую проблему или важный вопрос, относящийся к линии поведения».

Постановления Большой Палаты являются окончательными. Решение «любой из Палат становится окончательным: а) если стороны заявляют, что не будут обращаться с прошением о направлении дела в Большую Палату; или b) через три месяца после вынесения постановления отсутствует прошение о направлении дела в Большую Палату; или с) если Комитет Большой Палаты отклоняет прошение о направлении дела на повторное рассмотрение согласно положениям ст. 43» (п. 2 ст. 44).

Правило 79 Правил процедуры Европейского Суда по правам человека предусматривает, что Суд вправе получать просьбы о толковании принятых им решений.

Стороны могут подавать подобную просьбу в течение одного года со дня вынесения соответствующего решения Судом. В запросе должны быть четко указаны те параграфы постановляющей части решения, чье толкование требуется. Получив запрос, Суд направляет его любой другой стороне в деле и автору петиции. При этом ко всем указанным адресатам обращена просьба в течение определенного срока представить свои соображения в письменном виде.

В своем ответе Суд указал, что единственное назначение ст. 52 состоит в том, чтобы исключить апелляцию к какому-либо иному органу по поводу решения Суда. В случае же запроса относительно толкования речь вовсе не идет об апелляции. Более того, Суд при этом осуществляет свое неотъемлемое право, поскольку подобный запрос касается лишь уяснения рамок и направленности ранее вынесенного судебного решения. Кроме того, перед принятием Правил процедуры Суда они были направлены всем без исключения государствам–участникам Конвенции, которые не выразили по этому поводу никаких возражений.

Толкование Судом своих решений способствует лучшему пониманию мотивов, которыми Суд руководствовался при их вынесении, а, следовательно, и дальнейшему развитию прецедентного права Конвенции.

Раньше в тексте Конвенции ничего не говорилось о том, что Суд должен делать в случае получения просьбы о пересмотре своего решения. Вместе с тем ситуация изменилась после вступления в силу Протокола № 11, привнесшего в текст Европейской конвенции новую ст. 43. Согласно этой статье, любая из сторон может «в исключительных случаях» в течение «трех месяцев с даты вынесения Палатой постановления» по делу подать прошение о его направлении на рассмотрение Большой Палаты. Решение о том, принимать или нет полученное прошение о пересмотре, должен Комитет в составе пяти членов Большой Палаты.
П. 2 ст. 43 устанавливает следующие условия для принятия решения о пересмотре дела:

— дело поднимает серьезный вопрос, касающийся толкования или применения Европейской конвенции или Протоколов к ней;

— дело поднимает другой серьезный вопрос общего характера.

В том случае, «если Комитет примет прошение, Большая Палата выносит по делу свое постановление».

Все решения Европейского Суда в своей совокупности составляют прецедентное право Совета Европы. Важно заметить при этом, что правом изменять свою предшествующую практику обладает только Большая Палата Суда согласно ст. 30 и 31, а не Палаты Суда.

Под влиянием решений Суда государства–члены Совета Европы постоянно вносят соответствующие коррективы в свою законодательную и правоприменительную практику. Отныне любое государство, вступающее в Совет
Европы, «должно не только присоединиться к Европейской конвенции, но и внести в свое законодательство необходимые изменения, вытекающие из прецедентного права, создаваемого решениями Суда по правам человека».

По мнению Суда, единственным поводом, позволяющим требовать справедливую компенсацию, можно считать ущерб, который потерпевшая сторона понесла в связи с ранее доказанным фактом нарушения Конвенции. Ущерб, связанный с этим, но вызванный другими причинами, не позволяет надеяться на компенсацию. Таким образом, необходима причинно-следственная связь между понесенным ущербом и фактом нарушения Конвенции.

Ущерб, на который можно ссылаться при применении положений ст. 41, должен был быть понесен автором поданной петиции при попытке предотвратить нарушение Конвенции или же получить возмещение за такое нарушение. Важно, чтобы ущерб, который требует возместить автор петиции, удовлетворял трем критериям:

1) был в действительности понесен;

2) был неизбежен;

3) имел бы разумное количественное измерение.

Указанные критерии в равной мере применимы как к расходам, приравниваемым к материальному ущербу, так и к расходам, связанным с судебным разбирательством.

Основное назначение компенсации, предусмотренной ст. 41, заключается в том, чтобы автор петиции, насколько это, возможно, оказался в положении, сходном с тем, в котором он был до нарушения Конвенции. Вопрос о размере справедливой компенсации, а также о том, будет ли она вообще присуждаться, решается Судом в каждом конкретном случае в зависимости от обстоятельств дела. В случае если при расчете ущерба и расходов возникают сложности, или если ущерб и расходы не поддаются исчислению вообще, или если представленные Суду расходы неверны, Суд их устанавливает сам на справедливой основе. [27, стр. 42]

§ 1.3 Роль и функции Комитета Министров Совета Европы

В отличие от Европейского Суда по правам человека Комитет Министров
Совета Европы не является конвенционным органом, создание которого было бы предусмотрено Европейской конвенцией. Комитет Министров — политико- устанавливающий и исполнительный орган Совета Европы.

Одна из задач Комитета Министров в области прав человека вытекает непосредственно из Устава Совета Европы, в частности из положений ст. 8 этого документа. Согласно данной статье, Комитет осуществляет контроль за соблюдением государствами своих обязательств по ст. 3 Устава, в соответствии с которой каждое государство–член Совета Европы должно
«признавать принцип верховенства Права и принцип, в соответствии с которым все лица, находящиеся под его юрисдикцией, должны пользоваться правами человека и основными свободами».

Как уже указывалось, надзор за выполнением государством решения
Европейского Суда по правам человека осуществляет Комитет Министров Совета
Европы в соответствии со ст. 46 Конвенции.

При прежней системе в том случае, если государство не выполняло решение Суда, Комитет Министров был вправе большинством в две трети принимающих участие в голосовании, при наличии кворума, принять решение о необходимых мерах.

В арсенале Комитета Министров нет средств для того, чтобы принудить провинившееся государство исполнить решение Суда. Более того, подобная ситуация прямо противоречила бы принципу суверенитета государства. В данном случае Комитет лишь в состоянии оказать значительное давление политического характера на «провинившееся» государство вплоть до приостановления его членства в Совете Европы или даже исключения такого государства из рядов организации (ст. 8 Устава Совета Европы).

Хотел бы обратить внимание также на имеющиеся, хотя и ограниченной возможности участия заявителя в процедуре Комитета министров. Несмотря на то, что заседания Комитета проводятся при закрытых дверях, заявитель или его адвокаты имеют право письменного обращения в Комитет, прежде всего по вопросам выплаты денежной компенсации и принятия мер индивидуального характера. От активности адвокатов и заявителей во многом зависит информированность Комитета по этим вопросам и, соответственно, решения, которые им будут приняты. Вследствие этого как заявителям, так и их адвокатам не стоит забывать, что процедура, начатая ими на основании
Конвенции в момент подачи жалобы в Европейский Суд, еще не заканчивается с решением Суда, но продолжается в рамках Комитета министров до тех пор, пока он не сочтет это решение исполненным.

Поэтому Комитет министров совместно с Судом разработал особенный порядок производства в случае поступление жалоб, которые поднимают вопрос полностью идентичный или весьма схожий рассмотренный раннее Судом. При этом повторные жалобы «замораживаются» на некоторые срок, одновременно на государство оказывается дополнительное давление с целью исполнения более раннего решения Суда в ускоренном порядке. [31, стр.5]

В действительности строгое исполнение судебных решений имеет в принципе ключевое значение для эффективного функционирования правосудия.
Данное утверждение можно проиллюстрировать на одном примере из практики
Европейского Суда.

В деле Хорнсби против Греции (решение от 19 марта 1997 г.), в котором речь шла об отказе греческих органов исполнительной власти соблюсти решения внутренних судов, вынесенных в пользу заявителей, правительство пыталось оспорить применимость статьи 6 Конвенции, ссылаясь на то, что она гарантирует только право на справедливое судебное разбирательство в буквальном смысле, но никак не право на исполнение судебных решений.

Не согласившись с мнением правительства, Европейский Суд в частности отметил, что “право на суд”, гарантированное статьей 6, стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы окончательное, обязательное судебное решение оставалось недействующим в ущерб для одной из сторон”. По мнению Суда, “это, вероятно, привело бы к ситуациям, которые несовместимы с принципом верховенства права”, необходимого для соблюдения Конвенции. Суд заключил, что “исполнение решения, вынесенного любым судом, должно, таким образом, рассматриваться как неотъемлемая часть “суда” в смысле статьи 6”.

Этот вывод, безусловно, относится также и к исполнению решений международных судов, в частности, Европейского Суда. По аналогии можно утверждать, что право обращения в Европейский Суд было бы иллюзорным, если бы его решения оставались неисполненными. Именно поэтому деятельность
Комитета министров по надзору за исполнением решений Европейского Суда и, в особенности, по контролю за принятием государствами мер индивидуального и общего характера, крайне важна для эффективности механизма Конвенции в целом.

Без принятия действенных мер по исправлению допущенных нарушений и предотвращению новых им подобных Конвенция стала бы лишь инструментом выплаты денежной компенсации, позволяющим государствам “покупать право на нарушение ее положений”. Контроль, осуществляемый Комитетом министров, как раз имеет своей целью не допустить такую противоречащую духу всего механизма ситуацию, и обеспечить действие Конвенции как эффективной коллективной гарантии общего минимального стандарта в соблюдении основных прав и свобод в Европе. [27, стр. 51]

§ 1.4 Недействительность оговорок к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

Министр иностранных дел России Е. Примаков от имени Российской
Федерации подписал Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод к протоколы к ней; Государственная Дума РФ 20 февраля 1998 г. приняла Закон о ратификации Конвенции и протоколов, а 13 марта 1998 г.
Совет Федерации одобрил этот Закон.

Россия ратифицировала Конвенцию с оговоркой и заявлением:

«РФ в соответствии со ст. 64 (согласно Протокола № 11 от 11.05.94 года ст. 57) Конвенции заявляет, что положение пункта 3 и 4 статьи 5 не препятствуют применению нижеследующих положений законодательства РФ: санкционированного абзацем вторым пункта 6 раздела второго Конституции
РФ 1993 года временного применения установленного частью 1 статьи 11, ч.1 ст. 89 , статьями 90, 92, 96, 96.1, 96.2, 97, 101 и 122 УПК РСФСР от
27.10.1960 года, с последующими изменениями и дополнениями порядка ареста, содержание под стражей и задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления; основанных на пункте 2 ст. 26 Закона РФ «О статусе военнослужащих» от
22.01.1993 статей 51-53 и 62 Дисциплинарного устава ВС РФ, утвержденного указам Президента РФ от 14.12.1993 г. № 2140, устанавливающих арест с содержанием на гауптвахте в качестве меры дисциплинарного взыскания, налагаемой во внесудебном порядке на военнослужащих – солдат, матросов, сержантов, старшин, прапорщиков и мичманов.

Срок действия этой оговорки ограничен периодом, который потребуется для внесения в законодательство РФ изменений, полностью устраняющих несоответствия указанных норм выше положений положениям Конвенции»;

Как известно, под «оговоркой» понимается одностороннее заявление, сделанное государством или международной организацией в процессе заключения договора, имеющее целью изменить или исключить действие отдельных положений в отношении соответствующего государства и/или международной организации.
Основное назначение оговорки заключается в том, чтобы исключить или изменить юридическое действие определённых положений договора в их применении к данному государству или международной организации.
Общепризнанно, что право делать оговорки относится, прежде всего, к многосторонним соглашениям.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 года в полном соответствии с обычными нормами международного права, нашедшими впоследствии закреплении в Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года, в статье 64 (переименованная в соответствии с Протоколом № 11 статью 57) предусмотрела:

«1. Любое государство при подписании настоящей Конвенции или при сдаче на хранение ратификационной грамоты может сделать оговорку к любому конкретному положению Конвенции в отношении того, что тот или иной закон, действующий в это время на её территории, не соответствует этому положению.
Настоящая статья не предусматривает оговорки общего характера. 2. Любая оговорка, сделанная в соответствии с положениями настоящей статьи, должна содержать краткое изложение соответствующего закона.»

Таким образом, государство вправе сделать оговорки к тексту Конвенции
, одновременно отвечающие следующим требованиям. Во-первых, оговорка не должна носит общего характера, во-вторых, оговорка должна содержать краткое изложение соответствующего закона, и , в третьих, закон, на который ссылается государство в оговорке, должен действовать на территории государства-участника во время ратификации Конвенции.

На 1 января 2002 года в общей сложности 37 государств-участников сделали оговорки при ратификации к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. [24, стр. 16]

Представляется, что изучение вопроса о признании Европейским Судом недействительными оговорок к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод имеет не только теоретическое, но и практическое значение.

Надлежащим образом сделанная оговорка предоставляет государству возможность избежать ответственности в случае, если внутреннее законодательство не соответствует конвенционным положениям. Однако несоблюдение государством одного из требований, сформированных в статье 57
Конвенции, даёт основание Суду признать оговорку недействительной, и таким образом государство теряет возможность сослаться на данную оговорку как на один из аргументов своей позиции по делу.

На 1 января 2002 Европейским Судом рассмотрено по существу 16 дел, где непосредственно исследовался вопрос о действительности оговорок к тексту
Конвенции и Протоколов. Предметом судебного исследования стали оговорки, сделанные Правительствами Австрии, Бельгии, Литвы, Турции, Швейцарии.

Приведу несколько примеров подобных дел.

В частности, в практике Суда неоднократно возникал вопрос, относиться то или иное заявление, сделанное государством при ратификации Конвенции, к оговоркам. Европейская Конвенция предусмотрела возможность для государства при ратификации сделать оговорку. Однако ряд государств при ратификации
Конвенции сформулировал не только оговорки, но и толковательные декларации
(к примеру, Швейцария).

Как известно, международное право предоставляет государству возможность при ратификации договора сделать не только, оговорки, но и заявления. Под «заявлением» понимается изложенное правительством своей позиции по тому или иному вопросу. Однако в отличие от оговорки такие заявления не меняют содержания договора.

По делу Belilos v. Switzerland Правительство Швейцарии для аргументации своей позиции в отношении параграфа 1 статьи 6 Конвенции, в
Частности, обратилось к толковательной декларации. Суд по данному делу указал: «Для того, чтобы определить юридический характер такой декларации, следует обратить внимание не на её наименование, а на существо декларации.
Как следует из толковательной декларации, Правительство Швейцарии пыталось исключить ряд судебных процедур из сферы действия статьи 6 Конвенции.
Таким образом , по существу толковательная декларация является оговоркой, которую следовало Суду оценить с точки зрения её соответствия положениям, закреплённым в статье 57 Конвенции».

Так как указанная толковательная декларация (оговорка) не соответствовала основным требованиям статьи 57 Конвенции, Суд признал её недействительной.

По делу Татьяна Сливенко против Латвии, где Российская Федерация участвует в качестве третьего лица на стороне заявителей, являющихся её гражданами, возник вопрос о так называемых «квази-оговорках». Правительство
Латвии утверждало, что Суд не вправе рассматривать жалобу заявителей, так как предполагаемые нарушения были допущены в ходе, исполнения Латвией и
Российской Федерацией международного договора от 30 апреля 1994 года о выводе российских войск. Как полагало Правительство Латвии, ратификация
Латвийской Республикой в 1997 году Конвенции была основана на том, что положения Договора от 30 апреля 1974 года полностью соответствуют конвенционным положениям. Правительство Латвии также обратило внимание Суда на то, что вывод войск иностранного государства был необходим для обеспечения суверенитета и национальной безопасности Латвии. Таким образом, обязательства по Конвенции должны быть подчинены «квази-оговорке» в отношении Договора 1994.

Суд не разделил указанную точку зрения, отметив в решении о приемлемости от 23 января 2002 года следующее: «Совместное толкование статей 1 и 57 Конвенции свидетельствует, что ратификация государством
Конвенции предполагает, что действующее законодательство страны полностью соответствует конвенционным положениям. Если в правовой системе имеются какие-либо законы, противоречащие Конвенции, то государство имеет право сделать оговорку согласно статье 57 Конвенции. Любая оговорка должна соответствовать критериям, изложенным в статье 57. «Квази-оговорка», на которую ссылается правительство Латвии, не соответствует вышеуказанным критериям. В силу данного обстоятельства Договор от 30 апреля 1994 года не является препятствием для того, чтобы Суд рассмотрел жалобу заявителей».
Европейский суд рассмотрел жалобу и признал её приемлемой применительно к статье 5, 8 и 14 Конвенции.

По делу Jecius v. Lithuania заявитель утверждал, что Правительство
Литвы нарушило конвенционные положения, содержащиеся в параграфе 3 статьи 5
Конвенции , согласно которым «каждое лицо подвергнутое аресту или задержанию в соответствии с положениями подпункта (с) параграфа 1 настоящей статьи, незамедлительно доставляется к судье или к иному лицу, уполномоченному законом осуществлять судебные функции, и имеет право на судебное разбирательство в течении разумного срока или на освобождение до суда.

Правительство Литвы, для обоснования своей позиции по делу сослалось на оговорку, сделанную им при ратификации Конвенции. Указанная оговорка предусматривает, что «положения статьи 5 параграфа 3 Конвенции не наносят ущерба действию статьи 104 УПК Республики Литвы в редакции от 19 июля 1994 года, в силу которой лицо, подозреваемое в совершении преступления, может быть заключено под стражу по решению прокурора. Указанная оговорка будет действовать в течение 1 года с момента вступления Конвенции в силу для
Республики Литва».

В решении от 31 июля 2000 года по данному делу Европейский Суд отметил, что «оговорка сформулирована достаточно четко, ясно и, таким образом, полностью отвечает требованиям, изложенным в статье 57 Конвенции».
Учитывая вышеизложенное, Суд не обнаружил в действиях правительства Литвы нарушения параграфа 3 статьи 5 Конвенции. [21, стр. 19]

Таким образом, к вопросу действительности оговорок, да и вообще к вопросам права Суд подходит исходя не столько из формальной трактовки текста, а из сути, функционального смысла заложенных в Конвенции правовых норм, что лично у меня вызывает только уважение к данному институту.

В связи с вышеизложенным, мне представляется проблемным вопрос выполнения Российской Федерацией требования о кратком изложении закона, противоречащего конвенционным положениям в части норм УПК РСФСР от
27.10.1960 года, т.к. ,как минимум, не ясно из теста оговорки какой же именно порядок ареста, содержание под стражей и задержание лиц, подозреваемых в совершении преступления устанавливают данные нормы.

Включение в оговорку краткого изложения закона не является простой формальностью, а предоставляет существенный момент, имеющий, в частности, международно-правовое значение.

В решении от 22 мая 1990 года по делу Weber v. Switzerland Суд подчеркнул, что «необходимость наличия краткого содержания закона, противоречащего конвенционным положениям, является гарантией для остальных государств – участников Конвенции и конвенционных органов, что оговорка в дальнейшем не будет шире трактоваться соответствующим государством. В любом случае наличие в оговорке краткого содержания закона не является чистой формальностью, а представляется собой существенный момент».

По вышеупомянутому делу Belilos v. Switzerland Европейский суд, рассматривая вопрос о действительности оговорки, касающейся права на справедливое судебное разбирательство, также обратил внимание на соответствие этой оговорки параграфу 2 статьи 57 Конвенции. Суд, в частности, отметил, что « краткое и четкое изложение закона помогает другим государствам – участникам Конвенции принять данную оговорку или не согласиться с ней. Обязанность государства кратко изложить положения соответствующего национального закона необходима для того, чтобы другие государства-участники, а также конвенционные институты могли знать о содержании этих законов, противоречащих Конвенции. Объём конвенционных положений, применение которых государство желает ограничить посредством оговорок, является существенным моментом, так как чем шире объём положений, тем важнее включить в оговорку содержание соответствующих положений внутригосударственного права. Упущения в настоящем деле, связанные с отсутствием в оговорке краткого содержания закона, не могут быть оправданы каким-либо трудностями практического характера».

Так как в оговорке, сделанной Правительством Швейцарии при ратификации
Конвенции, отсутствовало, в частности, краткое содержание соответствующего закона, Европейский суд признал данную оговорку также недействительной как противоречащую параграфу 2 статьи 57 Конвенции.

По делу Eisenstecken v. Austria заявитель утверждает, что был лишён права на публичное рассмотрение дела при определении его гражданских прав и обязанностей, вытекающих из сделки, связанной с недвижимостью.
Правительство Австрии для защиты своих интересов сослалось на оговорку, сделанную им при ратификации Конвенции. Согласно данной оговорке, « положения статьи 6 Конвенции будут применяться без ущерба принципам, регулирующим вопросы публичного рассмотрения дела и содержания и содержащимся в статье 90 Федеральной Конституции в редакции 1929 года.»

В решении по этому делу от 3 октября 2000 года Суд обратил внимание на то обстоятельство, что «в нарушение параграфа 2 статьи 57 Конвенции оговорка, сделанная Правительством Австрии, не содержала краткого изложения закона, положения которого не соответствовали Конвенции. Буквальное толкование оговорки дает основание предположить, что правительство Австрии, намеривалось исключить из статьи 6 все процедуры, касающиеся рассмотрения гражданских и уголовных дел в обычных судах, а также в квазисудебных органах, в той мере, в которой отдельными национальными законами разрешалось бы непубличное разбирательство дела. Однако оговорка, относящаяся к конституционным положениям, не предусматривающим исчерпывающий перечень дел, рассмотрение которых допускается при отсутствии публичного разбирательства, не может служить достаточной гарантией того, что в последующем Правительство Австрии не будет более широко истолковывать данную оговорку».

В связи с тем, что оговорка, сделанная Правительством Австрии при ратификации Конвенции, не содержала краткого изложения национального закона, положениям которого противоречили Конвенции, Суд признал указанную оговорку недействительной как не соответствующую параграфу 2 статьи 57
Конвенции.

Нельзя не обратить внимание и на то обстоятельство, что обязанность изложить в оговорке краткое содержание закона возлагается Конвенцией на любое государство, независимо от формы его государства.

По делу Belilos v. Switzerland Правительство Швейцарии, объясняя отсутствие в оговорке, касающейся права на справедливое судебное разбирательство, краткого изложения закона, подчеркивало, что Швейцария является федеральным государством и Правительству пришлось бы в оговорке сослаться на множество законов, действующих как на федеральном, так и на кантональном уровнях. Однако Суд указал, что исполнение государством обязанности, содержащей в параграфе 2 статьи 57 Конвенции, не зависит от того, унитарным или федеральным является соответствующее государство.

Таким образом, отсутствии в тексте оговорки ссылки на краткое содержание закона, противоречащего конвенционным положениям, является безусловным основанием для признания судом соответствующей оговорки или её части недействительной. [21, стр. 22]

Следует подчеркнуть что любая оговорка к Конвенции может стать предметом рассмотрения Европейского суда только в том случае, если она
«всплывет» в ходе изучения конкретного дела в Страсбурге. В этой связи вполне реальна ситуация, когда недействительная с точки зрения Конвенции оговорка со стороны того или иного государства может действовать только по той причине, что Суд по правам человека не изучал никаких дел, где такая оговорка могла быть рассмотрена. Применительно к РФ, в связи с введением нового УПК, сделанные Россией оговорки потеряют свою актуальность в ближайшее время.

Пока оговорки сделанные РФ частично затронуты по делу Калашникова
«Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба заявителя должна быть рассмотрена в свете российской оговорки, сделанной при ратификации
Конвенции. Согласно властям Российской Федерации, оговорка распространялась как на период содержания заявителя под стражей на стадии предварительного следствия, так и на период производства по делу в суде. Власти Российской
Федерации ссылались на текст оговорки и содержание статей Уголовно- процессуального кодекса РСФСР, указанных в оговорке. В частности, статьи
11, 89, 92 и 101 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР наделяли суд правом применять меру пресечения в виде заключения под стражу на стадии судебного разбирательства вплоть до постановления приговора по делу….

Суд отмечает, что оговорка составлена с целью временного исключения из сферы действия пункта 3 Статьи 5 Конвенции некоторых норм Уголовно- процессуального кодекса РСФСР, упомянутых в тексте оговорки, которые касаются порядка ареста, содержания под стражей и задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления. Эти нормы устанавливают условия и порядок применения мер пресечения, включая заключение под стражу, и перечень органов власти, уполномоченных принимать соответствующее решение…

Суд замечает, что оговорка ссылается на статью 97 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР, в силу которой лицо может на основании постановления прокурора содержаться под стражей до 18 месяцев на период расследования преступления.

Несмотря на упоминание сроков содержания под стражей в период предварительного следствия, Суд обращает внимание на то, что предметом оговорки является порядок применения мер пресечения в виде заключения под стражу, в то время как предметом жалобы заявителя является длительность его содержания под стражей до суда, а не законность избрания этой меры пресечения.

Суд посему установил, что рассматриваемая оговорка по настоящему делу не применима.» [10, стр.6]

§ 2 Сравнительная характеристика основных положений Конвенции и российского законодательства

Рассмотрев заявку России о вступлении в Совет Европы, Парламентская
Ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) 25 января 1996 г. приняла заключение, в котором выдвинуто 25 условий, постепенное соблюдение которых необходимо для того, чтобы Россия стала полноценным членом Совета Европы.

К настоящему времени определенная часть обязательств России перед Советом Европы в сфере совершенствования законодательства формально реализована. Однако и на восьмой год членства в Совете Европы чрезвычайно трудно говорить об эффективной адаптации России к европейским гуманитарным стандартам. Это связано с действием множества факторов: недостатки в правоприменительной практике, нежелание и неспособность многих работников правоохранительных органов приспособиться к работе в новых условиях, пробуксовывающая судебная реформа, отсутствие национальной системы правового просвещения, ориентированной на ознакомление должностных лиц и граждан с основополагающими правами и свободами граждан, методами и формами их защиты, наконец, глубоко укоренившееся в массе населения мышление авторитарными государственническими категориями, затрудняющее построение подлинно гражданского общества. При этом проблема не только в промедлении с разработкой и принятием новых нормативных актов, но и в первую очередь в том, что вновь принимаемые законы, как будто бы ориентированные на реализацию европейских обязательств России, на самом деле лишь частично отвечают требованиям Совета Европы, во многом не соответствуют Конституции
Российской Федерации и не способствуют значительным прогрессивным сдвигам в деле соблюдения прав и свобод человека и гражданина.

С 1 января 1997 года вступил в действие новый Уголовный кодекс
Российской Федерации, и тем самым было выполнено соответствующее формальное обязательство перед Советом Европы. В новом кодексе воспринят ряд рекомендаций Совета Европы: появились новые виды наказания, не связанные с лишением свободы (ограничение свободы, арест, обязательные работы), за многие преступления снижены сроки наказания; открылась возможность применения штрафных санкций, в том числе за преступления в сфере экономики.
В то же время в новом кодексе не сделано попытки идти по пути всесторонней гуманизации уголовного законодательства. Во многом он суровее ранее действовавшего: увеличиваются сроки лишения свободы, предусмотрена возможность назначения наказания за совершенные преступления путем сложения, чего раньше не было (по совокупности приговоров гражданину может быть назначено наказание до 30 лет лишения свободы), за пять видов преступлений сохраняется смертная казнь, вводится пожизненное заключение.
До сих пор не введены в действие такие виды наказания, как арест, обязательные работы и ограничение свободы. Пока еще не приходится говорить о широком использовании в России наказаний, не связанных с лишением свободы.

Новый Уголовно-исполнительный кодекс подписан Президентом РФ 8 января
1997 года. В нем также сделана попытка учесть некоторые рекомендации Совета
Европы.

Ход реализации положений нового Уголовно-исполнительного кодекса показывает, что, к сожалению, реформирование уголовно-исполнительной системы наталкивается на проблемы, в основе которых — традиционные репрессивные подходы к обращению с лицами, содержащимися в местах лишения свободы. Положение дел в этой сфере существенно не улучшилось.

В противовес ожиданиям Совета Европы, не привела к радикальному изменению ситуации и передача Главного управления исполнения наказания из
Министерства внутренних дел в Министерство юстиции Российской Федерации, что также являлось одним из условий вступления России в Совет Европы.
Напротив, появление людей из правоохранительных органов в кабинетах
Министерства юстиции в значительной степени способствует превращению его из гражданского в силовое ведомство.

Проект нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принятие которого являлось составной частью рекомендаций Совета Европы в сфере совершенствования российского законодательства, обсуждался на протяжении нескольких лет. В окончательном варианте новый кодекс принят 18 декабря 2001 г., вступит в силу с 1 июля 2002 г. В соответствии с
Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 14 марта 2002 г. также с 1 июля 2002 г. (вместо 1 января 2004 г., как это было определено законодателем) вводятся в действие нормы, предусматривающие судебный порядок применения ареста (заключения под стражу), содержания под стражей, а также задержания подозреваемого на срок свыше 48 часов.

Кодекс направлен на демократизацию уголовного судопроизводства, повышение правоохранительной и правозащитной роли суда, освобождение его от обвинительных функций, расширение круга участников уголовного судопроизводства, прав сторон в суде, обеспечения их процессуального равенства.

Однако новый кодекс имеет ряд серьезных недостатков. Кодекс нарушает принцип презумпции невиновности, закрепленный в п. 2 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ограничивает право обвиняемого на защиту. Ряд его положений противоречат праву человека на справедливое и публичное разбирательство его дела независимым и беспристрастным судом, принципу равенства граждан перед законом и судом, гарантированных Конвенцией.

Тем самым реализация одного из самых существенных обязательств России — о совершенствовании уголовного, уголовно-исполнительного и уголовно- процессуального законодательства в целях приведения его в соответствии с европейскими стандартами — проведена половинчато, во многом формально и не создает прочных предпосылок для отвечающих цивилизованным образцам преобразований в данной области, тем более с учетом репрессивного менталитета правоохранительных органов, отчетливо проявившегося в ходе работы над новыми кодексами.

Вступая в Совет Европы, Россия дала обязательство о ратификации в течение трех лет Протокола № 6 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающего полную отмену смертной казни. Несмотря на это, до настоящего времени данный шаг не последовал.

Аргументы, приводимые против отмены в Российской Федерации смертной казни, которые высказываются в ходе ведущейся в государстве и обществе дискуссии на эту тему, лежат, как правило, вне правового поля. Общий рост преступности в стране, по мнению ряда сторонников сохранения смертной казни, требует применения исключительно жестких мер по борьбе с преступностью; большинство российского населения «не готово» и «не желает» отменять смертную казнь, серьезный ущерб для экономики страны может принести необходимость содержания в местах лишения свободы осужденных к пожизненному заключению. Не вдаваясь в детальное обсуждение аргументов «за» и «против» отмены смертной казни, следует лишь подчеркнуть, что речь идет о соблюдении обязательства, официально взятого на себя Россией, и, следовательно, подпадающего под действие принципа pacta sunt servanda — договоры должны соблюдаться. [29, стр. 10]

В целом Конституция РФ разрабатывалась с учётом Европейской конвенция о защите прав человека, только зачастую ей противоречат законы РФ и другие подзаконные акты, если не в прямую по букве, то косвенно, в результате извращения конституционных принципов в правоприменительной практике или разработке нормативных актов. Считаю, что Конституция РФ, при всех ее недостатках, в данное время идеал («декларация о намерениях»), к достижению которого нашему государству придётся двигаться ещё долгое время.

В данной работе я хотел бы осветить прямые основные противоречия между
Конвенцией, практикой Страсбургского суда и российским законодательство. Не соблюдение законов РФ государственными органами, их извращения в судебной практике вряд ли поддаются описанию в рамках моей работы. В любом случае, при отсутствии таковых, мы уже жили бы в правовом государстве. Уверен, что даже в государствах с устойчивой правовой системой, демократическими традициями идущими со средних веков нет идеального правового государства
(пример, Великобритания — родина права habeas corpus, проигрывает в
Европейском суде до 70% дел [21, стр.6]), идеал вообще вряд ли достижим в жизни, хотелось бы чтобы Россия в движении к нему не была в отстающих.

§ 2.1. Правовые нормы, направленные на охрану жизни и здоровья человека

Статья 2 Конвенции – Право на жизнь

Статья 1 Протокола № 6 – Отмена смертной казни

Статья 3 Конвенции – Запрещение пыток

Российское законодательство не противоречит в прямую нормам этих статей, но в силу их важности остановлюсь на некоторых моментах их применения.

Главный принцип статьи, если брать ее в целом, состоит в том, чтобы защищать индивида против любого произвольного лишения жизни государством.
По –прежнему сохраняет силу предусмотренный в п. 2 ст. 1 Конвенции перечень случаев, когда лишение жизни не рассматривается как нарушение ст. 1. Вместе с тем государства должны предпринимать соответствующие шага для защиты жизни.

Право на жизнь, гарантируемое в статье 2, было расширено добавлением к
Конвенции Протокола № 6. [22, стр.123]

Россия подписала, но не ратифицировала Протокол № 6, предусматривающего отмену смертной казни.

Де-факто позиция Российской Федерации ему не противоречит, так как смертная казнь не применяется, раннее через механизм помилования
Президентом РФ (ст. 89 Конституции РФ), в данное время в соответствии с
Постановлением Конституционного Суда РФ № 867 от 02.02.1999 года:

«…ПОСТАНОВИЛ:

1. С момента вступления в силу настоящего Постановления и до введения в действие соответствующего ФЗ, обеспечивающего на всей территории РФ каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого ФЗ в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказания в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей».

Вопрос о том, разрешается ли еще смертная казнь по Конвенции тех для стран, которые еще не ратифицировали Протокол № 6, необходимо рассматривать в контексте отдельных положений Конвенции, к статье 2 косвенно относиться статья 3 Конвенции, которая запрещает бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание.

О нарушении статьи 3 необходимо судить по обстоятельствам конкретного дела с учетом господствующих на данный момент представлений. Абсолютных стандартов относительно видов обращения или наказания, запрещаемых статьей
3, не существует.

В соответствии со статьей 7 преступление должно быть наказуемым в момент, когда оно совершено, и, кроме того, по статье 14 не должно быть никакой дискриминации при вынесении и исполнении смертного приговора или помиловании.

Наконец, статья 2 косвенно связана со статьей 8 Конвенции, в частности, в отношении личной жизни, в контексте дел, связанных с абортами и эктазией.
[22, стр.125]

§ 2.2 Правовые нормы, направленные на охрану достоинства, независимости и равноправия людей.

Статья 4 Конвенции – Запрещение рабства и принудительного труда.

Статья 8 Конвенции – право на уважение частной и семейной жизни.

Статья 12 Конвенции – Право на вступление в брак.

Статья 14 Конвенции – Запрещение дискриминации.

Статья 5 Протокола № 7 – Равноправие супругов.

Особый интерес для российских граждан в связи с существующей ситуацией в законодательстве может представлять вопрос об альтернативной службе.

Право на замену обязательной военной службы альтернативной гражданской гарантировано ст. 59 Конституции РФ, но на практике граждане испытывают сложности с его реализации. Поэтому не исключены коллизии, которые могут являться нарушением ст. 4 Конвенции.

Семейный кодекс РФ признает браком только юридически оформленные отношения мужчины и женщины. Суду же для квалификации союза людей в качестве семьи существенно осознание ими себя в качестве семьи, совместное проживание и ведение общего хозяйства. Юридическое оформление семейных связей не имеет решающего значения для целей применения ст. 8 Конвенции.

Статья 5 Протокола № 7 направлена на обеспечение равноправия супругов в отношениях между собой и в отношении со своими детьми, в том, что касается вступления в брак, во время состояния в браке и при его расторжении. В Семейном кодексе РФ также есть нормы, устанавливающие равенство родителей. Однако анализ судебной практике показывает, что зачастую суды по-прежнему необоснованно оказывают предпочтение матерям при разрешении споров о передаче детей на воспитание. Сохранение таких традиций в судебной практике может создать основания для обращения в Европейский суд. [22, стр.245, 262, 336]

§ 2.3. Правовые нормы, направленные на охрану развития и свободы самовыражения человека.

Статья 9 Конвенции – Свобода мысли, совести и религии.

Статья 10 Конвенции – Свобода выражения мнения.

Статья 2 Протокола № 1 – Право на образование.

Часть 1 статья 14 Конституции РФ формулирует светский характер российского государства и провозглашает: «Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». К сожалению,
Преамбула Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» нарушает эти принципы, признавая «особую роль православия в истории России» и высказывая «уважение» ряду других религий, оставляя без внимания остальные.

Ряд других конституционных норм нарушен новым ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях». Содержащиеся в нем ограничения на регистрацию и деятельность «нетрадиционных» конфессий, продиктованные стремлением нейтрализовать активность «нетрадиционных конфессий» и зарубежных миссионеров в России, противоречат статье 9 Конвенции, как впрочем, и другим международным правовым актам.

Следует также указать, что упоминание в части 3 статьи 55 Конституции
РФ и в части 2 статьи 3 закона оснований для ограничений прав и свобод человека и гражданина (следовательно, и свободы мысли и свободы), как
«обеспечение обороны страны и безопасности государства», противоречат духу и букве Конвенции, изъявшей, в отличии от других статей Конвенции, ссылку на «государственную безопасность» для обоснования ограничений в осуществлении провозглашенных данной статьей прав.

Среди прав, наиболее рельефно выражающих стремление человека к самореализации, особое место принадлежит такому неотъемлемому праву человека, как право на свободу мысли, совести и религии, которое изложено в ст. 9 Конвенции. Оно «включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в богослужении, обучении, отправлении религиозных и культовых обрядов».

С учетом конвенционных ограничительных оснований национальные власти могут вводить ограничения лишь на свободу «исповедовать религию или придерживаться убеждений». Право же на свободу мысли, совести и религии как таковое ограничениям не подлежит.

О недопустимости дискриминации в вопросах свободы совести и вероисповедания указывается в ряде российских законодательных актов, касающихся прав человека. Например, Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» подтверждает, что «установление преимуществ, ограничений или иных форм дискриминации в зависимости от отношения к религии не допускается».

Вместе с тем Закон содержит ряд положений, которые находятся в противоречии с нормами Европейской Конвенции. Например, в п.2 ст. 3 Закона наряду с основаниями для ограничения прав человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания («может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов человека и гражданина»), аналогичными тем, которые содержит исчерпывающий список законных оснований п.2 ст.9 Конвенции, включены ограничения свободы религии по мотивам «обеспечения обороны и безопасности государства». Такие мотивы не соответствуют конвенционным ограничительным основаниям.

Право на свободу собраний и объединений установлено в ст.11
Конвенции: «Каждый имеет право на свободу мирных собраний и на свободу объединения с другими, включая право создавать профессиональные союзы и вступать в таковые для защиты своих интересов». Эта конвенционная статья допускает и ограничения этих прав, которые однако, должны быть предусмотрены законом и необходимы в интересах государственной безопасности и общественного спокойствия.

Статья 29 Конституции РФ по сравнению со статьёй 10 Конвенции более широко трактует свободу выражения мнения и свободу информации.

Вместе с тем в нормативных актах России и, в особенности, в правоприменительной практике есть ряд недостатков: весьма сложно получение информации в международной сфере; в расплывчатом плане определены объекты государственной тайны; не решен в юридическом плане вопрос с журналисткой тайне. [22, стр. 350]

§ 2.4 Правовые нормы, направленные на охрану личной свободы и обеспечение судебной защиты прав и свод

Статья 5 Конвенции – Право на свободу и безопасность.

Статья 6 Конвенции – Право на справедливое судебное разбирательство.

Статья 7 Конвенции – Наказание исключительно на основании закона.

Статья 13 Конвенции – Право на эффективные средства правовой защиты.

Российское законодательство воспроизводит формулировку пункта 1 части
1 статьи 5 Европейской Конвенции (ч.1 ст.22 Конституции РФ), где говорится лишь о физической неприкосновенности личности, а законные ограничения этого права сводятся к задержанием и арестам. Но в отраслевом законодательстве РФ личная свобода и неприкосновенность личности трактуется гораздо шире.

В комментируемом тексте понятия «задержание» и «арест» нередко употребляются как одно-порядковые. В российском законодательстве между ними проводится четкое различие.

При трактовке понятия законности задержания и ареста Европейский суд в решении по делу Малоне разъяснил, что закон- это не только писаное, но и неписаное право. В условиях России, где суды применяют только статутное право, такое истолкование закона до сих пор было неприемлемо.

В комментируемом тексте говорится о специальном надзоре за мафиози и другими лицами, склонными к совершению преступлений, без возбуждения против них уголовных дел. В России отвергается «теория опасного состояния».
Административный надзор допустим в отношении лиц, освобожденных из мест лишения свободы, если они были осуждены за совершение тяжких преступлений.

Законный арест или задержание за невыполнение законного решения суда, чтобы обеспечить выполнение обязательства, предписанного законом (п. «в» ч.
1 ст. 5), в России понимается как принудительное осуществление следственного действия, если обвиняемый от этого уклоняется, санкционированное судом, и доставление обвиняемого к месту его проведения.
Однако такого рода принуждение в России допускается и без судебного приказа
(например, при проведении освидетельствования потерпевшего), что не согласуется с требованиями Конвенции.

В российском законодательстве не употребляется формулировка «разумный срок» для судебного разбирательства после задержания или ареста. Закон лишь устанавливает предельные сроки ареста на предварительное следствие, по истечении которых (если они не продлены в установленном законом порядке) обвиняемый должен быть освобожден, даже если следствие еще не закончено и дело в суд не передано. После передачи дела в суд первой инстанции сроки ареста не текут, суд ими не связан и может содержать подсудимого под стражей сколько угодно. Это противоречит позиции суда, которые считают, что срок ареста течет во время производства в суде первой и даже апелляционной инстанции.

Законодательные акты России не в полной мере соответствуют Конвенции и практике суда, так как они предусматривают неполную компенсацию вреда, причиненного незаконным лишением свободы.

Принцип равенства исходных условий охватывается понятием состязательности и равноправия сторон. Европейский суд распространил требование состязательности и на апелляционное производство. В России при рассмотрении дел в кассационных и надзорных судебных инстанциях принцип состязательности реализуется не в полной мере: прокурор активно участвует в этих стадиях процесса, а вызов подсудимого и других участников процесса поставлен в зависимость от усмотрения суда.

Судебное разбирательство по уголовным делам имеет две формы: 1) суд присяжных и 2) обычное судопроизводство. Состязательное начало в них в гораздо большей мере присуще суду присяжных. В суде присяжных стороны представляют доказательства. Суд относительно пассивен. Судья и присяжные заседатели задают вопросы подсудимым, потерпевшим, свидетелям, экспертам в последнюю очередь, т.е. после того, как их допросили стороны. Отказ прокурора от обвинения влечет немедленное прекращение дела (если потерпевший не возражает).

В обычных судах (а их подавляющее большинство) состязательное начало развито в гораздо меньшей степени. Прокурор в суде первой инстанции дает от имени государства заключения по всем возникающим вопросам, а адвокат излагает суду только мнения.

В обычных судах обвинительные и оправдательные доказательства исследуются вперемешку в зависимости от решения суда; доказательства, характеризующие личность подсудимого и влияющие на меру наказания, могут исследоваться раньше доказательств виновности или одновременно с ними; судья и народные заседатели допрашивают подсудимых (суд активен и задает изобличающие вопросы допрашиваемым). [22, стр.259, 263, 334]

§ 3 Практика рассматрения дел Страсбургским судом по жалобам с участием граждан Российской Федерации

§ 3.1 Обзор решений Европейского суда по правам человека на предмет приемлемости по жалобам, поданным против РФ

Наиболее полная оперативная информация о решениях Европейского суда по правам человека представлена на его официальном сайте: http://hudoc.echr.coe.int .

В течение 5 лет как Россия находится под юрисдикцией европейского суда по правам человека в европейский суд обратилось более 12 000 граждан, из них признаны приемлемыми всего 12. И на сегодняшний день, против России вынесено всего 3 решения. [15, стр. 4]

Пока Россия имеет ничтожное количество рассмотренных дел, основная масса жалоб отсеивается на стадии предварительного рассмотрения их допустимости или с помощью процедуры дружественного урегулирования.

Так в № 4 2001 г. Журнала Российская юстиция стр. 62 –65 , рассмотрено обращение пенсионера Юрия Тайкова против РФ, который обжаловал факты задержки выплаты ему пенсии (после прохождения дела кассационной стадии обжалования) с возмещением ему материального (упущенной выгоды) и морального ущерба. Для того, чтобы его дело было пересмотрено областным судом и применена была процедура мирового соглашения (по которой Пенсионный фонд, обязывался выплатить 93 898 рублей) достаточно было запроса из секретариата Европейского суда в адрес Правительства РФ с цель уточнить факт дискриминации прав пенсионеров в РФ.

Как видно из практики, Российская Федерация, как впрочем, и любой другой участник Конвенции, идёт на процедуру дружественного урегулирования, в исключительных случаях по заведомо проигрышным и/или позорным делам, соответственно, стоит более подробно остановиться в данной работе на решениях Европейского суда, вынесенных на первой стадии рассмотрения, а именно на решениях на предмет приемлемости.

Европейские эксперты выделяют 10 условий приемлемости:

— обращаться в Суд можно только в случае нарушения того права, которое предусмотрено Европейской Конвенцией, так называемое ratione materiea (обстоятельства по существу);

— могут быть рассмотрены только те обращения, которые касаются обстоятельств, произошедших после того, как страна вошла в юрисдикцию Суда – ratione temporis;

— нарушение права должно произойти на территории, которая находиться под юрисдикцией Суда – ratione loci;

— жалоба может быть подана только тем лицом, чьё право непосредственно было нарушено – ratione persona;

— заявитель обязан исчерпать эффективные средства правовой защиты, существующие в стране.

— обращение в Суд должно быть направлено не позднее 6 месяцев с момента принятия последнего судебного ращения;

— жалоба должна быть обоснованной, т.е. именно на заявителя возлагается обязанность доказать нарушение его права со стороны государства;

— жалоба не должна быть анонимной;

— жалоба не может содержать оскорбительных высказываний;

— нельзя подавать жалобы в два (и более) международных органа, например, в Суд и в Комитет по правам человека ООН;

Государства-участники Совета Европы используют стадию определения приемлемости для того, чтобы по формальным основаниям, перечисленным выше, отвести как можно больше жалоб. Статистика Суда, показывает, что в среднем
10% от всех зарегистрированных жалоб рассматриваются на предмет приемлемости Палатой Европейского суда, т.е. 90 % жалоб отсеивается на предварительном этапе. Пока статистика жалоб против России не выходит за эти границы.

Для государства как ответчика очень выгодно, чтобы жалоба не дошла до стадии рассмотрения приемлемости. Это объясняется несколькими причинами. Во- первых, предварительная процедура не является публичной, следовательно, отсутствует огласка нарушения прав человека в государстве. Во-вторых, прекращение процедуры на по жалобе до стадии приемлемости не обязывает государство каким-либо образом восстанавливать нарушенные права. В то же время, если представитель государства, рассматривая, поступившие к нему материалы жалобы, понимает, что потенциально в данном случае может быть признано нарушение прав человека, он может использовать внутренние механизмы защиты прав человека и восстановить нарушенное право. Подобные действия рассматриваются Судом как добрая воля государства и его стремление реализовать идеалы прав человека на практике. Хотя в большинстве случаев заявители бывают неудовлетворенны действиями государства, так как они, как правило, бывают половинчатыми.

Признание жалобы приемлемой означает, что жалоба будет рассмотрена по существу, т.е. возможно, будет признано нарушение прав человека. При дружественном урегулировании заявитель может «торговаться» с государством для того, чтобы государство восстановило его права именно таким образом, который он считает наилучшим. Основным плюсом в этом случае для государства избежание опасности быть признанным нарушителем прав человека.

Основной цель данной главы является попытка выделить, какие правовые положения были сформированы Судом в решениях о приемлемости или о неприемлемости, определить их значение для обращения российских граждан в
Европейский суд и для внутренней российской практики.

Первым, рассмотренным на предмет приемлемости, было дело Тумилович против РФ.

После кассационной стадии обжалования заявительница, попыталась пройти надзорную стадию обжалования. Характерно, что в подавляющем большинстве она получила ответы с отказом от лиц, которые согласно процессуальных норм не имеют права на вынесение протеста в порядке надзора, а именно от заместителя прокурора Краснодарского края, от судьи краевого суда
Краснодарского суда, от прокурора Краснодарского края, из аппарата
Генеральной прокуратуры, от заместителя Генерального прокурора, от судьи
Верховного Суда, от председателя коллегии по гражданским делам Верховного
Суда. Последний ответ был получен заявительницей 14 октября 1998 г.

Жалоба Тумилович была признана неприемлемой на том основании, что она была подана уже после того, как истек 6-месячный срок с момента последнего решения.

Данное решение является принципиальным для РФ, так как в результате рассмотрения этого дела Суд признал надзорный порядок пересмотра судебных решений неэффективным в контексте Европейской Конвенции, что не было неожиданностью, подобная позиция закреплена по сходным процедурам в прецедентах Суда и по другим странам. Например, в отношении Бельгии, где только Генеральный прокурор мог внести уголовное дело на рассмотрение
Кассационного Суда и Дании, где для обжалования решения Апелляционного Суда в Верховный Суд Дании осуждённый должен был получить «поддержку» Министра юстиции. Суд признал названные процедуры исключительными, соответственно они не могут быть рассматриваться в качестве эффективного средства правовой защиты в смысле ст. 26 Конвенции. [30, стр. 16]

Это означает, что внутренние средства правовой защиты для России являются исчерпанными и достаточными для обращения в Европейский суд, после того, как заявитель использовал порядок кассационного обжалования, включая, апелляционное производство, если оно предусмотрено. Причиной столь жесткой позиции Суда по отношению к надзорному порядку послужило то, что пересмотр дел в порядке надзора зависит от усмотрения определённых должностных лиц и не может быть возбужден только на основании волеизъявления заявителя.

Ранее ошибочно считалось, что для обращения в Европейский Суд может быть необходимо:

А) Решения Конституционного Суда РФ в случае акцентирования внимания, на несоответствии примененного в деле ФЗ Конвенции, так как правило, он в этом случае противоречит и Конституции.

Б) Решение Президиума Верховного Суда РФ или отказ на внесение протеста в порядке надзора от лиц на это уполномоченных:

Председателя Верховного Суда РФ или лицо, его заменяющего;

Генерального прокурора РФ или лицо, его заменяющего.

Последнее является наиболее проблематичным, так как сложилась практика на всех уровнях судебной системы РФ в отказе на вынесение протеста в порядке надзора от лиц, которые не имеют право на сам протест в порядке надзора (рядовые судьи следующих инстанций, всевозможные заместитель и помощники вплоть до секретарей).

Есть несколько путей добиться ответа надлежащего лица:
1) Проходить поэтапно инстанции параллельно по каналам суда и прокуратуры.
2) Попытаться обращаться лично на приемах должностных лиц.
3) Крайний вариант обжаловать в порядке гражданского судопроизводства (гл.
21-4 ГПК РСФСР, ФЗ «Об обжаловании действий должностных лиц нарушающих права и свободы граждан», ст. 33 Конституции РФ) не ответа или ответа не того лица (хотя сопротивление в этом случае российской судебной системы надо ожидать ещё более сильное).

Вместе с тем с принятием новых Арбитражного процессуального и
Гражданского процессуального кодексов внесены серьёзные новеллы в надзорный порядок обжалования судебных решений, вступивших в законную силу, которые, возможно, в будущем изменят отношения Суда к этому институту.

Как рассмотрено в главе 2 с точки зрения практики и права Европейского суда наиболее противоречащими Конвенции являются некоторые правовые нормы и особенности практики РФ в области уголовного судопроизводства. В связи с этим пять из рассмотренных жалоб касаются российского судопроизводства, а именно таких его аспектов, как длительность содержания под стражей, неэффективность процедур обжалования, плохие условия содержания под стражей, затягивания процедур судебного рассмотрения уголовных дел. В данной связи обращает на себя внимание дела: Шулмин против РФ, Каралевицуч против Литвы и РФ, Панченко против РФ,
Каляхин против РФ, Калашников РФ и Лабзов против РФ.

В настоящее время однозначно неприемлемой признано обращение —
Каралевицуч против Литвы и РФ, так как нарушения , которые вменялись РФ, были совершены осенью 1996 г., т.е. до момента, когда РФ подчинилась юрисдикции Европейского суда.

Решения по жалобам Шулмин , Панченко, Каляхин и Лабзов являются
«частичными», это означает, что Палата Европейского суда рассмотрела вопросы приемлемости данных жалоб, но не смогла вынести окончательное решение об определении приемлемости. Основной причиной отложения дел для повторного рассмотрения на приемлемости, очевидно, является не представление представителем РФ ответов, которые устроили бы Суд.

По делам Калашникова вынесено окончательное решение, которое я подробно рассмотрю в следующей главе. По вопросу приемлемости данная жалоба интересна, тем что заявитель обратился в Европейский суд, минуя стадию кассационного обжалования, т.е не выполнил формального требования об исчерпании всех внутригосударственных средств защиты.

Данное дело показывает, что Европейский суд, прежде всего, рассматривает эффективность внутригосударственных средств защиты с точки зрения условий конкретного дела.

Калашников в феврале 1995 г. Был обвинен в растрате, с июня 1995 г.
Он содержался под стражей. Так Калашников находился в общей сложности в заключении почти 5 лет, в качестве обвиняемого 4 года 1 месяц и 12 дней, т.е. человека формально невиновного согласно конституционного принципа презумпции невиновности.

Всё это время Калашников провел в камере, размером 17 м2, в которой содержалось в разное время от 11 до 24 человек. В камере находилось 8 кроватей, поэтому заключенные спали в три смены. В камере все время горел свет и работал телевизор. Туалет находился в 1 метре от обеденного стола.
Некоторые из сокамерников Калашникова болели туберкулёзом и сифилисом. В камере было полно насекомых, все сокамерники Калашникова постоянно курили, в то время, как он сам являлся некурящим. Во время заключения Калашников потерял в весе 29 кг.

За время своего ареста Калашников направил более 200 жалоб в разные инстанции, начиная от городского прокурора и заканчивая Государственной
Думой, а также в судебные инстанции всех уровней. Жалобы Калашникова касались условий его содержания, законности ареста, длительности содержания под стражей, длительности судебного рассмотрения, пристрастности судей, законности и обоснованности судебных решений, принимаемых в ходе производства по делу.

Обвинительный приговор по делу Калашникова был вынесен 03.08. 1999 г.
Он вступил в силу 11 августа, так как заявитель полагал, что обращение в кассационном порядке не может изменить приговор суда. С учетом изложенного не удивительно, что с ним согласился и Европейский суд по правам человека.

Показательным является решение о приемлемости по делу Бурдова. После регистрации его жалобы в августе 2000 г., властями были выполнены решения внутригосударственных судов вынесенные в его отношении до рассмотрения вопроса о приемлемости жалобы. Тем не менее, даже после получения компенсации, заявитель счёл, что его права не были полностью восстановлены, так как ему был причинён моральный вред длительностью и ходом судебного рассмотрения, а также, по мнению заявителя, выплаченная компенсация явна недостаточна. Суд согласился с заявителем в том, что его жалобу необходимо рассмотреть по существу. Суд руководствовался положением, принятым им в деле Amur v. France: «Решение или меры, принятые в пользу заявителя в принципе не являются достаточными для лишения его статуса «жертвы» до тех пор, пока национальные органы не признают, внешне или по существу, что было нарушение Конвенции».

По данному делу вынесено окончательное решение , которое я подробно рассмотрю ниже.

Интересным может быть решение по делу Рябчук против РФ, которое признано Европейским судом приемлемым.

А именно, в деле затрагивается вопрос применения Закона « О восстановлении и защите сбережений граждан РФ», порядок выполнения решений суда в РФ, а так же институт надзорного обжалования решений вступивших в законную силу.

Хотя есть большая вероятность, что чиновники РФ, попытаются использовать процедуру мирового соглашения, дабы не создавать опасный прецедент. [15, стр. 9]

Приведу основные моменты дела:

«ФАКТЫ

Истец, Анна Ивановна Рябых – гражданка РФ. Она родилась в 1949 г. и проживает в Ниновке, Белгородской области, Россия.

A. Обстоятельства дела

Обстоятельства дела, как представлено сторонами, могут быть изложены следующим образом:

Заявительница обратилась в суд против Отделения Новооскольского
Сберегательного банка РФ, Сберегательного банка Российской Федерации и
Государства. Она утверждала, что ее персональные сбережения, которые она поместила в банк в 1991 г., существенно уменьшились после экономических реформ, и что Государство должным образом не исполнило обязательство повторно оценить ее вклад в Сберегательном банке, с учетом инфляции, несмотря на то, что это предусмотрено Федеральным законом «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации», принятого 10 мая 1995 (в дальнейшем – «Закон»).

30 декабря 1997 г. Новооскольский районный суд Белгородской области вынес решение в пользу истца и взыскал 129,544,106 рублей (RUR), подлежащих оплате Государственным казначейством. Суд отклонил главный довод
Государства, которое утверждало, что «Закон», не может быть реализован по практическим причинам. Суд признал вину Государства, и что, так как «Закон» признал гарантируемые банковские вклады как внутренний долг Государства, следует применить обычные гражданские правила о просроченном платеже.

28 февраля 1998 г., это решение было отменено Белгородским областным судом и возвращено на новое рассмотрение.

Решением Новооскольского районного суда Белгородской области от 8 июня
1998 г. подтверждено решение от 30 декабря 1997. Взыскано, однако, RUR
133,963.70.

Это решение не обжаловалось, и вступило в силу десятью днями позже.

19 января 1999 г. возбуждено исполнительное производство.

В не установленный день в 1999 г., после возбуждения процедуры принудительного исполнения, Председатель Белгородского областного суда принес протест в порядке надзора на решение от 8 июня 1998 г.

Протест был рассмотрен 19 марта 1999 г. Президиумом Белгородского областного суда… Рассмотрев протест, Президиум отменил полностью решение от 8 июня 1998 и вынес новое решение о полном отказе в иске. Истец не был информирован о принесении протеста и не приглашен на слушание его
Президиумом.

17 июня 1999 исполнительное производство закрыто.

4 января 2001 заместитель председателя Верховного Суда РФ в порядке надзора принес протест на решение Президиума от 19 марта 1999 г.

22 января 2001 Гражданская Коллегия Верховного Суда рассмотрела протест и нашла, что Президиум обоснованно отменил решение от 8 июня 1998, но вместе с тем, иск истца не мог быть отклонен полностью, поскольку это лишит ее права на компенсацию вклада, размещенного в Сберегательном банке.
Было также подтверждено, что право истца на информацию о том, что ее дело было рассмотрено Президиумом, не уважалось.

4 июня 2001 г., после нового рассмотрения Новооскольский районный суд постановил новое решение в пользу истца. Решением взыскано RUR 188,724 как компенсация за девальвацию и RUR 60,000 морального вреда. Суд заявил, что неисполнение Правительством его обязательства повторно оценить сбережения истца причинило ей моральное страдание.

Решение было отменено в кассационном порядке 14 августа 2001, и дело вернулось для повторной проверки.

Необходимо отметить, что право принесения протеста является дискреционным, то есть должностное лицо по собственному усмотрению решает, есть или нет основания к принесению протеста.

Не имеется никакого срока согласно законодательству для жалобы в порядке надзора, и в принципе, такая жалоба может быть подана в любое время после того, как решение стало окончательным.

ЖАЛОБЫ

1. заявитель жалуется, ссылаясь на Статью 6 § 1 ЕКПЧ, что ее право на справедливое судебное разбирательство было нарушено, когда Президиум
Белгородского областного суда аннулировал решение от 8 июня 1998 г., которое вступило в силу и находилось в процессе исполнения. Она прибавляет, что она не была информирована, что протест в порядке надзора был внесен, и ее не пригласили посетить слушание его в Президиуме. Она не знала о решении
Президиума в течение пяти месяцев после того, как его вынесения.

2. заявитель далее жалуется, ссылаясь на Статью 1 Протокола № 1 к ЕКПЧ относительно инфляции, повлиявшей на ее сбережения и относительно неисполнения Государством обязанности компенсировать ее потери в этом отношении. Отмена решения в ее пользу также нарушила ту же норму ЕКПЧ.

ЗАКОН

Суд замечает, что жалоба в части, относящейся к Статье 6 § 1 основана на аннулировании более раннего решения в пользу истца. Проблема состоит в том, что — может ли такая процедура, в результате которой окончательное решение аннулировано, рассматриваться как совместимая со Статьей 6 и, в частности не был ли принцип законной уверенности, таким образом, нарушен
(см. Brumarescu v. Румыния [GC], № 28342/95, § 62, 28 октября 1999).

Непонятно, тем не менее, каким образом тот факт, что решение
Президиума было впоследствии аннулировано при дальнейшем рассмотрении дела в порядке надзора, мог как заявляется, не нарушить законную уверенность в деле заявителя, и что на эту уверенность не воздействуют процедуры, принятые на национальном уровне.

Суд считает, с учетом заявлений сторон, что жалоба ставит серьезные вопросы факта и закона в отношении ЕКПЧ, и что их выяснение возможно только при рассмотрении дела. Суд заключает поэтому, что эта жалоба не является необоснованной в смысле Статьи 35 § 3 ЕКПЧ.

Жалоба истца по Статье 1 Протокола № 1 ЕКПЧ основана на том, что, аннулируя окончательное решение в пользу заявителя от 8 июня 1998 г.
Белгородский областной Суд лишил ее имущества или, по крайней мере, нарушил ее право беспрепятственно пользоваться им (см. вышеупомянутое цитируемое решение Brumarescu, § 70, 73 и 77).»

Решение о приемлемости по делу показывает, что сам факт неоконченного внутреннего судебного разбирательства (его возобновление после надзорного обжалования решений кассационных инстанций) не является препятствием к обращению в Европейский суд по правам человека, те более, когда судебный процесс явно имеет своей целью затянуть решение вопроса по существу.

Существует ряд, проблем связанных с особенностями производства в надзорной инстанции. Так в свете решения Brumarisku v. Rumania. Judiment of
Oct 28 1999 встает проблема обеспечения принципа правовой стабильности при наличии возможности неограниченного пересмотра решений судов, вступивших в законную силу, по протестам административного органа (прокурора). Суд посчитал, что такой порядок нарушает положения ст. 6 Конвенции в части гарантии прав на справедливый суд. Он также может привести к нарушению ст.1
Протокола 1, если решением суда, отменённым в результате удовлетворения протеста прокурора, заявителю была присуждена определённая выплата.

Если надзорная жалоба приноситься судьёй, встаёт другая проблема. В решении Daktaras v.Lithuania. Judgment of 10 October 2000 Суд посчитал, что принесение протеста главой коллегии по уголовным делам Верховного Суда, даже при условии, что он сам не принимал участия в последующем рассмотрении дела в коллегии, но участвовал в назначении судей и судьи-докладчика, нарушило принцип беспристрастности и независимости суда. [30, стр. 15]

Как указывал выше, приняты новые Арбитражный процессуальный и
Гражданский процессуальный кодекс, в которые внесены серьёзные новеллы в надзорный порядок обжалования судебных решений, вступивших в законную силу.
Устранено замечание о возможности неограниченного пересмотра решений судов, теперь и возможность надзорного обжалования ограничена по времени.

Шесть жалоб против России, касающиеся событий в Чечне признаны
Европейским судом приемлемыми. Европейский суд по правам человека (Первая
Сессия) тремя решениями принял приемлемыми к рассмотрению жалобы по делам:
Хашиев против России (№ 57942/00), Акаева против России (№ 57945/00),
Исаева против России (№ 57947/00), Юсупова против России (№ 57948/00),
Базаева против России (№ 57949/00), Исаева против России (№57950/00). Суд также постановил, что предыдущий протест Правительства, о том, что заявители не исчерпали средств защиты в РФ, тесно связано с существом жалоб, что и должно быть учтено на следующем этапе рассмотрения дел.
Заявители жалуются на нарушение их прав во время пребывания российских войск в Чечне в период с 1999 по 2000гг. Суд допустил рассмотрение жалоб на нарушение ст. 2 (право на жизнь), ст.3 (запрещение пыток и бесчеловечного и унижающего обращения и наказания), ст. 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Европейской Конвенции по правам человека и ст. 1 Протокола
№1 к Конвенции (защита собственности).

В заключение остановлюсь на решении Европейского суда по делу Иласку,
Леско, Иванток и Петро-Попа против Молдовы и Российской Федерации.

Данное дело представляет особый интерес , так затрагивает вопросы юрисдикции, обжалуемые действия совершались властями непризнанной
Приднестровской республики. Так Молдова и РФ, утверждают, что территория
Приднестровья не находится под юрисдикцией ни одного, ни второго государства, а все действия, нарушающие права заявителей, были произведены властями непризнанной Молдавской Республики Приднестровья.

Заявители обвинили власти Молдовы в том, что те не предприняли каких- то эффективных действий для предотвращения нарушения прав человека, а власти РФ в том, что территория Приднестровья фактически находиться под властью воинских формирований РФ, поэтому РФ несёт ответственность за происходящее а Приднестровье.

Европейский суд не принял объяснения Молдовы о том, что Молдова сделала оговорку при подписании Европейской Конвенции по поводу того, что власти Молдовы не контролируют территорию Приднестровья и, следовательно, не несут ответственности за нарушение прав человека, происходящие на территории. Европейский суд также не принял позицию РФ, согласно которой воинские формирования на территории Приднестровья выполняют исключительно миротворческую функцию и не вмешиваются в деятельность органов власти
Молдавской Республики Приднестровья.

Данная жалоба признана приемлемой в полном объёме, как в отношении
Молдовы, так и в отношении РФ. Суд указал, что он не может отвергнуть какую- либо часть жалобы как неприемлемую, так как в этом случае от Суда на стадии решения вопросов приемлемости требуется обширный анализ, как фактов, так и права, который невозможно сделать на этой стадии, не вторгаясь в анализ фактов, т.е. решение вопросов приемлемости перенесено в стадию рассмотрения дела по существу.

Данная жалоба потенциально может стать тестовой так как затрагивает огромное количество вопросов, касающиеся именно критериев приемлемости, которые ещё не получили разрешение в практике Европейского суда по правам человека. [20, стр. 24]

§ 3.2 Обзор окончательных решений Европейского суда по правам человека против РФ

В данное время вынесены окончательные решения против РФ, по следующим делам: Бурдов против РФ, Калашников против РФ, и до июня

2003 не вступило в законную силу решение по делу Посохов против РФ, к слову сказать, РФ ещё не разу не воспользовалось своим правом в течении 3 месяцев обратиться в Большую Палату Суда после вынесения окончательного решения секцией Европейского суда.

Процитирую наиболее показательные, важные моменты по данным делам и затем дам свои комментарии.

1 Бурдов против РФ

Основные моменты дела:

«ПРАВО

26. Заявитель утверждал, что существенные и необоснованные задержки исполнения вступивших в законную силу решений суда нарушили его права, закрепленные в Конвенции. Суд изучил жалобу заявителя на предмет возможного нарушения пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Обращаясь к фактам по данному делу, возможно, что заявителю в настоящее время выплачена причитающаяся задолженность в соответствии с решениями национальных судов. Как бы то ни было, выплата, осуществленная лишь после того, как данная жалоба была коммуницирована властям, не является каким-либо признанием с их стороны возможных нарушений. Равно как таковая выплата адекватно не возместила вред, причиненный заявителю.

32. Учитывая данные обстоятельства, Суд полагает, что заявитель все еще может утверждать, что он является жертвой нарушения пункта 1 Статьи 6
Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

34 …..Исполнение судебного решения, принятого любым судом, должно, таким образом, рассматриваться как составляющая «судебного разбирательства» по смыслу Статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу
«Хорнсби против Греции» (Hornsby v. Greece) от 19 марта

1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-II, p.510, д 40).

37. Не принимая на протяжении нескольких лет необходимые меры по исполнению вступивших в законную силу судебных решений по данному делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции какого-либо полезного смысла.

38. Соответственно нарушение указанной Статьи Конвенции имело место.

40. ….. невозможность для заявителя добиться исполнения указанных судебных решений, по крайней мере, до 5 марта 2001 г., является нарушением его права на уважение своей собственности, как оно изложено в первом предложении первого абзаца Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

41. Не исполнив решения Шахтинского городского суда, власти государства-ответчика лишили заявителя возможности взыскать денежные средства, которые он разумно рассчитывал получить. Власти государства- ответчика не выдвинули никаких оснований для такого вмешательства в реализацию права заявителя; при этом Суд полагает, что нехватка средств не может служить тому оправданием (см. mutatis mutandis, Постановление
Европейского Суда по делу «Амбруози против Италии» (Ambruosi v. Italy) от
19 октября 2000 г., жалоба N 31227/96, дд 28-34).

42. В итоге в данном случае имело место также нарушение Статьи 1
Протокола N 1 к Конвенции.

47. Суд придерживается мнения, что заявителю был причинен некоторый моральный ущерб в результате выявленных нарушений, который не может быть установлен путем простого признания Судом факта нарушения. Однако требуемая сумма представляется чрезмерной. Производя оценку на справедливой основе, руководствуясь при этом Статьей 41 Конвенции, Суд присуждает заявителю денежную компенсацию в размере 3000 евро.

НА ОСНОВАНИИ ВЫШЕИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО

1. Постановил, что заявитель может утверждать, что он является

«жертвой» по смыслу Статьи 34 Конвенции;

2. Постановил, что имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции;

3. Постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к

Конвенции;

4. Постановил:

(а) что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу — в соответствии с пунктом 2 Статьи 44 Конвенции — 3000 евро (три тысячи евро) в качестве компенсации морального ущерба в пересчете на национальную валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день вынесения постановления, а также уплатить необходимые налоги;

(b) что простые проценты по годовой ставке в 23% начисляются на эту сумму по истечении вышеупомянутого трехмесячного срока до момента фактической уплаты.

Основным выводом по данному делу для РФ является факт, что любое длительное неисполнение решений национальных судов, вступивших в законную силу является беспроигрышным поводом для обращения в Европейский суд.

Выплаты, компенсации присужденные такими решениями рассматривают Судом в контексте права собственности.

Таким образом, исходя из сложившейся практики Суда, можно сделать вывод, что в собственности лица может находиться любое имущество, как выраженное в материальной форме (вещи), так и представляющее собой права на вещи и обязательственные права требования, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано. [26, стр. 20]

2. Калашников против России

Европейский суд не поставил под сомнение приговор Калашникову за совершенные им преступления, но усмотрел нарушения в условиях его содержания в следственном изоляторе, а также в сроках рассмотрения дела банкира.

Основные моменты дела:

«ПРОЦЕДУРА

2. Предметом жалобы заявителя являются, в частности, условия его содержания под стражей, длительность его содержания под стражей и продолжительность производства по возбужденному против него уголовному делу.

По просьбе суда власти Российской Федерации представили фотографии камеры, в которой содержался заявитель. Власти Российской Федерации передали суду видео ролик с видами камеры и окружающих помещений после ремонта, который был сделан после освобождения заявителя.

7. Решением от 18 сентября 2001 г. суд объявил жалобу частично приемлемой.

Суд затем нашел, что проверка с выездом на место, или «направление миссии с целью установления фактов», не вызывается необходимостью, поскольку в распоряжении суда имелось достаточно материалов дела для того, чтобы прийти к необходимым выводам по делу. В частности, суд нашел, что таковое мероприятие не сможет достичь какой-либо полезной цели, так как нынешние условия в камере, как это было показано в видеозаписи, больше не напоминали условия в период содержания в ней заявителя. Это было подтверждено и представленными фотографиями.

ФАКТЫ

Фактические обстоятельства в их изложении суду заявителем

14. Что касается первого периода своего заключения в Магаданском сизо, то заявитель утверждал следующее.

Он содержался в камере площадью 17 кв. м., в которой имелось восемь спальных мест в два яруса. При этом в камере почти всегда содержались 24 заключенных, лишь иногда их количество сокращалось до 18. Поскольку каждое спальное место предназначалось для троих заключенных, то спать приходилось по очереди. Остальные ожидали своей очереди, лежа или сидя на полу или картонных коробках. Нормальные условия для сна отсутствовали, поскольку в камере круглосуточно работал телевизор, а в дневное время в камере царила общая суета и шум. Свет в камере никогда не выключался.

15. Унитаз находился в углу камеры, на всеобщем обозрении. Перегородка отделяла унитаз от умывальника, но не от жилой части камеры и обеденного стола. Унитаз находился на возвышении, на высоте приблизительно полметра от пола, а высота перегородки составляла 1,1 м. Так что человек, сидящий на унитазе, был виден не только его сока мерникам, но и надзирателю, наблюдавшему за заключенными через глазок в двери камеры.

16. В камере отсутствовала вентиляция, летом в ней было душно и жарко, зимой — очень холодно. В камере все время был спертый воздух, поэтому окно было постоянно открыто. Поскольку вокруг много курили, заявитель невольно стал пассивным курильщиком. Заявитель утверждает, что ему ни разу не выдавали нормальное постельное белье, тарелки и другие столовые приборы.
Администрация сизо выдала ему только ватный матрас и тонкое фланелевое одеяло, а столовые принадлежности ему приходилось одалживать у сока мерников, которым их передавали родственники из дома.

17. Камеры сизо кишели тараканами и муравьями, но к их истреблению никаких мер не принималось. Единственная профилактическая санитарная мера состояла в том, что раз в неделю надзиратели приносили заключенным ведро хлорки для туалета.

18. У заявителя возникли различные кожные заболевания и грибковые инфекции, у него сошли ногти на ногах и на некоторых пальцах рук. В период проведения судебного разбирательства по делу заявителя — с 11 ноября 1996 г. по 23 апреля 1997 г. и с 15 апреля 1999 г. по 3 августа 1999 г. в судебном заседании объявлялись перерывы с тем, чтобы заявитель мог пройти курс лечения от чесотки.

Шесть раз в камеру, где содержался заявитель, помещали заключенных с туберкулезом и сифилисом, и ему делали профилактические инъекции антибиотиков.

19. Заявитель утверждает, что его ежедневно выводили из камеры на прогулку только на один час, а горячий душ он мог принимать только два раза в месяц.

20. Наконец, заявитель утверждает, что после того, как 9 декабря 1999 г. он был переведен обратно в сизо, условия содержания существенно не улучшились. Его не обеспечили нормальным постельным бельем, полотенцами или столовыми принадлежностями. Из-за отсутствия соответствующих медикаментов ему не было обеспечено лечение в связи с кожными заболеваниями. Камера, в которую он был помещен, по-прежнему кишела тараканами, и мероприятия по уничтожению насекомых не проводились уже 5 лет. Однако в марте — апреле
2000 г. число заключенных в камере с 8 койками сократилось до 11 человек.

54 … заявитель обратился в Конституционный суд Российской Федерации с жалобой о несоответствии Конституции Российской Федерации положений статей
223-1 и 239 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, касающихся предельных сроков начала рассмотрения дел в суде. В письме от 10 марта 1998 г.
Конституционный суд известил заявителя о том, что, поскольку оспариваемые положения не устанавливают каких-либо сроков содержания под стражей на период судебного разбирательства по делу, его жалоба не подлежит рассмотрению.

56 … Все жалобы заявителя были направлены инстанциями, в которые они были поданы, для рассмотрения в Магаданский городской суд.

75. 22 июня 1999 г. Высшая квалификационная коллегия судей Российской
Федерации отстранила от занимаемых должностей председателя Магаданского городского суда, а также председателя Магаданского областного суда и двух его заместителей, — за допущенные проволочки с рассмотрением дела заявителя.

80. Приговором от 3 августа 1999 г. городской суд признал заявителя виновным по одному пункту обвинительного заключения, в котором содержались
9 отдельных обвинений, еще по двум пунктам он был признан невиновным. Суд назначил заявителю наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет и 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительном учреждении общего режима, с исчислением срока наказания с 29 июня 1995 г. Городской суд отметил низкое качество предварительного следствия и указал на необоснованные попытки следователей увеличить число пунктов обвинения. Кроме того, суд выявил нарушения процессуальных норм, выразившиеся, inter alia, в недостатках, связанных с надлежащим представлением в суд необходимых документов. Эти недостатки пришлось устранять в ходе судебного рассмотрения дела, что и привело к задержке производства по делу. Суд указал, что в ходе расследования не был обеспечен надлежащий надзор за соблюдением процессуальных норм со стороны органов, осуществлявших руководство следствием, а также со стороны прокуратуры Магаданской области.

Определением от того же числа городской суд вынес решение о возвращении дела в одной из частей обвинения прокурору для производства дополнительного расследования. Заявитель обжаловал данное определение в
Верховный суд Российской Федерации, который 30 сентября 1999 г. признал вынесенное определение законным.

81. Приговор городского суда от 3 августа 1999 г. мог быть обжалован в областном суде в течение семи дней после его провозглашения. Заявитель не подал кассационную жалобу, так как полагал, что областной суд также сыграл свою роль в вынесении обвинительного приговора, и считал, что шансов на успех у него нет. 11 августа 1999 г. приговор городского суда вступил в законную силу

II. ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

92. Заявитель жалуется на условия его содержания в следственном изоляторе ИЗ-47/1 г. Магадана. ….

93. Власти Российской Федерации утверждали, что условия содержания под стражей заявителя не могут приравниваться к пытке или бесчеловечному либо унижающему достоинство наказанию. Условия содержания заявителя не отличались от условий содержания большинства лиц, заключенных под стражу в
России, или, по крайней мере, не были хуже. Власти не имели умысла на причинение физических страданий заявителю или вреда его здоровью.
Администрация следственного изолятора предприняла все возможные меры, чтобы обеспечить лиц, страдающих заболеваниями, медицинской помощью, и не допустить инфекционного заражения других заключенных.

94. Власти Российской Федерации признали тот факт, что по причинам состояния экономики условия содержания лиц под стражей в России весьма неудовлетворительны и не отвечают требованиям, установленным для пенитенциарных учреждений других государств-членов Совета Европы. При этом
Российское государство делает все возможное, чтобы улучшить условия содержания под стражей в России. Государство приняло ряд целевых программ строительства новых следственных изоляторов и реконструкции имеющихся и программ борьбы с туберкулезом и другими инфекционными заболеваниями в местах лишения свободы. Реализация этих программ позволит вдвое увеличить площади для заключенных и улучшить санитарные условия в следственных изоляторах.

97. Суд сразу же замечает, что площадь камеры, в которой содержался заявитель, была 17 кв. м. — согласно утверждениям заявителя, или 20, 8 кв. м. — согласно данным властей Российской Федерации. Камера была оборудована двухъярусными спальными местами и была рассчитана на 8 заключенных. Можно усомниться, насколько такие условия вправе считаться отвечающими приемлемым стандартам. В этой связи Суд напоминает, что Европейский Комитет по предотвращению пыток и бесчеловечного и негуманного обращения (далее —
ЕКПП) принял площадь в 7 кв. м. на заключенного как примерный, желательный стандарт для обустройства камер для заключенных (см. Второй общий доклад
ЕКПП. CPT/Inf (92) 3, д 43), то есть 56 кв. м, если речь идет о 8 заключенных.

101. Суд приемлет утверждение об отсутствии в настоящем деле признаков того, что наличествовал умысел на унижение человеческого достоинства и попрание личности заявителя. Тем не менее, хотя вопрос о том, было ли целью обращения с лицом унижение человеческого достоинства и попрание личности жертвы, является фактором, который надлежит принимать во внимание, отсутствие любой таковой цели не может исключить вывод о наличии нарушения
Статьи 3 (см. вышеуказанное постановление Большой Палаты Европейского суда по делу «Пирс против Греции»). Суд полагает, что условия содержания под стражей, которые заявитель вынужден был терпеть на протяжении примерно 4 лет и 10 месяцев, должны были причинить ему физические страдания, унизить его человеческое достоинство и породить в нем такие чувства, которые ведут к унижению и попранию личности.

102. В свете вышесказанного Суд установил, что условия содержания заявителя под стражей, в частности чрезмерная переполненность камеры, антисанитарная обстановка в ней и вредные для здоровья и благополучия заявителя последствия этой обстановки в сочетании длительностью срока содержания заявителя в таковых условиях приравниваются к унижающему достоинство обращению.

103. Соответственно нарушение Cтатьи 3 Конвенции имело место.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 3 СТАТЬИ 5

114. Суд напоминает, что оценка разумности срока предварительного заключения не может быть дана абстрактно. Вопрос о разумности содержания того или иного обвиняемого под стражей должен быть исследован по каждому делу с учетом особенностей дела….

Наличие разумно обоснованного подозрения, что задержанное лицо совершило преступление, является условием sine qua non законного длящегося содержания под стражей. Но по истечении определенного времени такого подозрения уже недостаточно. Суд должен потому установить, имелись ли иные основания для лишения свободы, далее выдвигаемые судебными властями.

(lll) Вывод

121. Исходя из вышеизложенного, Суд приходит к выводу, что время, проведенное заявителем в предварительном заключении, превышает «разумный срок». Тем самым нарушение пункта 3 Статьи 5 Конвенции имело место.

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

3. Вывод

135. С учетом вышеизложенного Суд считает, что продолжительность производства по делу не отвечает требованию о «разумном сроке».
Соответственно, нарушение пункта 1 Статьи 6 имело место.

A. Вопрос о материальном ущербе

Суд полагает, что не было установлено прямой причинной связи между заявленным ущербом и нарушениями Конвенции, установленными Судом.

Посему Суд отклоняет требования заявителя, предъявленные по вопросу о возмещении материального ущерба.

B. Вопрос о моральном ущербе

142. Суд полагает, что длительность содержания заявителя под стражей в ненадлежащих условиях заключения, равно как и длительность производства по уголовному делу должны были вселить в него чувства отчаяния, неопределенности и тревоги, которые не могут быть компенсированы исключительно признанием факта нарушения его прав.

143. Принимая решение на основе принципов справедливости, Суд присуждает заявителю возмещение морального ущерба в размере 5 000 евро.

C. Вопрос о судебных издержках и расходах

146. Суд напоминает, что для включения судебных издержек и расходов заявителя в сумму возмещения ущерба, присуждаемую в порядке Статьи 41
Конвенции, должно быть установлено, что эти издержки и расходы действительно и неизбежно имели место в связи с обращением к средствам правовой защиты по факту, который был признан нарушением Конвенции, и что их сумма была разумна (см., например, Постановление Большой Палаты
Европейского суда по делу «Нильсен и Джонсон против Норвегии» (Nielsen and
Johnson v. Norway), жалоба N 23118/93, д 43, ECHR 1999-VIII). Из представленных заявителем материалов, очевидно, что издержки и расходы на юридическую помощь имели место в связи с его попытками добиться освобождения из-под стражи под залог. Однако он представил лишь частичное документальное обоснование искомой им суммы. При этом имевшие место расходы не связаны исключительно с нарушениями Статьи 3, пункта 3 Статьи 5 и пункта
1 Статьи 6 Конвенции.

Производя оценку на основе принципов справедливости, Суд полагает разумным присудить заявителю по вопросу о судебных издержках и расходах денежную сумму в размере 3 000 евро.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1. Постановил, что имело место нарушение Статьи 3 Конвенции;

2. Постановил, что имело место нарушение пункта 3 Статьи 5 Конвенции;

3. Постановил, что имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции;

4. Постановил,

(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 Статьи
44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу на день выплаты:

(i) 5 000 евро (пять тысяч евро) в возмещение морального ущерба;

(ii) 3 000 евро (три тысячи евро) в возмещение издержек и расходов;

(iii) любой налог, начисляемый на вышеуказанные суммы;

(b) простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;

5. Отклоняет остальные требования заявителя…»

Я не привожу астрономические суммы затребованные Калашниковым, итог в денежном выражении для него 8000 Евро, кроме признания факта нарушения его прав человека.

Итак, основным итогом по данному делу для остальных граждан РФ:

1. Для жителей Магаданской области:

— отстранение Высшей квалификационной коллегией судей Российской

Федерации от занимаемых должностей председателя Магаданского городского суда, а также председателя Магаданского областного суда и двух его заместителей.

— Ремонт СИЗО.

2. Для всех подследственных в РФ решение Европейского суда по делу
Валерия Калашникова означает признание того, что с точки зрения европейской
Фемиды абсолютное большинство подследственных, содержащихся в российских
СИЗО, — жертвы несовершенства российской пенитенциарной системы, пренебрежения государством правами своих граждан.

А именно, при не выполнении требования Европейского Комитета по предотвращению пыток и бесчеловечного и негуманного обращения о необходимой площади в 7 кв. м. на одного заключенного при длительном задержании под стражей в сочетании с антисанитарной обстановкой приравниваются к унижающему достоинство обращению и может являться формальным основанием для признания Европейским судом факта повторного нарушения Россией ст.3
Конвенции.

3. При длительном содержании до вынесения приговора судом, одного
«разумно обоснованного подозрения, что задержанное лицо совершило преступление, является условием sine qua non законного длящегося содержания под стражей. Но по истечении определенного времени такого подозрения уже недостаточно.» Конечно, как это указал суд « оценка разумности срока предварительного заключения не может быть дана абстрактно. Вопрос о разумности содержания того или иного обвиняемого под стражей должен быть исследован по каждому делу с учетом особенностей дела.»

3. Дело Посохова против РФ

В 1996 году против Посохова, тогда еще сотрудника Таганрогского таможенного управления, возбудили уголовное дело о контрабанде водки в больших масштабах. Судебные слушания по делу состоялись почему-то лишь четыре года спустя. 22 мая 2000 года Неклиновским районным судом Посохов был признан виновным по статьям 194 (уклонение от уплаты таможенных платежей) и 285 (злоупотребление должностными полномочиями) УК РФ.
Подсудимый, впрочем, отделался легким испугом: его приговорили к лишению свободы, однако освободили по амнистии прямо в зале суда.

2 октября того же года Сергей Посохов обращается с жалобой в
Европейский суд по правам человека. Таганрожец жаловался не на фабрикацию дела, несостоятельность обвинения и т.д. Возмутило бывшего таможенного офицера другое: оказалось, народные заседатели Стреблянская и Ховякова в течение двух недель участвовали в судебных слушаниях совершенно незаконно!
В жалобе Посохов указал, что их не выбирали путем жеребьевки. А во время разбирательства выявились еще более занимательные подробности: оказалось, что в Неклиновской районной администрации (орган, ответственный за назначение народных заседателей) вообще не было списка, из которого даже гипотетически могли быть избраны Стреблянская и Ховякова. Районные власти так и не смогли внятно объяснить, на каком же тогда основании вершили правосудие над Посоховым упомянутые заседатели.

Этот факт настолько поразил европейских судей, что они были вынуждены в своем решении впервые употребить, так сказать, «ненормативную» лексику.
Нарушение принципа выборности заседателей было названо «скандальным.» В формулировке постановления также отмечено, что «суд очень удивлен» данным обстоятельством. Хочу подчеркнуть, что Европейский суд использовал термины, которые до этого никогда не применял. В Страсбурге пришли к выводу, что приговор по делу Посохова не имеет юридической силы, поскольку оно рассматривалось незаконным составом суда.

Основные моменты дела:

«I. СТАТУС ЗАЯВИТЕЛЯ КАК ЖЕРТВЫ

29. Правительство утверждает, что заявитель больше не может рассматриваться как жертва предполагаемого нарушения. Оно утверждает, что первоначальное решение, то есть решение от 22 мая 2000, в котором Народные заседатели госпожа Стреблинская и Госпожа Ховякова участвовали, было отменено после того, как уведомление о жалобе Посохова Европейским Судом передано Российским властям, и что новое рассмотрение дела было проведено должным образом назначенными судьями. Кроме того, так как решение
Президиума Ростовского Областного Суда от 31 января 2002 прекратило уголовные преследования полностью, за истечением срока давности, судимость с заявителя снята. Правительство заключило, что эти решения устранили все правовые последствия обвинительного приговора заявителя, и состав суда, который вынес решение 22 мая 2000, больше не имеет какого-либо значения.

30. Заявитель согласился, что неблагоприятные решения Неклиновского
Районного суда от 22 мая 2000 и 2 июля 2001, действительно были отменены.
Однако решение Президиума Ростовского Областного Суда от 31 января 2002 не является оправдательным, потому что не основано на отрицании вины, дело закрыто по формальным основаниям. Заявитель утверждает, что решение от 31 января 2002 не восстановило его хорошую репутацию. Наконец, заявитель утверждает, что решение Президиума не подтвердило факт, что состав
Неклиновского Районного суда 22 мая 2000 был незаконен, и что он поэтому не может быть лишен статуса жертвы.

33. Суд далее повторяет что, решение или мера, благоприятная заявителю в принципе, не достаточна чтобы лишить его статуса «жертвы», пока национальные власти не признали нарушение ЕКПЧ или явно или по существу, и затем не компенсировали нарушение ЕКПЧ (см., среди других, Amuur v.
Франция, решение от 25 июня 1996, Собрание Решений 1996-III, p. 846, § 36, и Dalban v. Румыния [GC], Номер 28114/95, § 44, ECHR 1999-VI).

34. обращаясь к обстоятельствам данного дела, может быть истинно, что судимость с заявителя теперь снята после решения от 31 января 2002. Однако никакие решения внутренних судов, начиная с определения Ростовского
Областного Суда по жалобе на решение суда от 29 августа 2000 не коснулись проблемы назначения народных заседателей или содержали какое-либо подтверждение предполагаемых нарушений.

35. В этих обстоятельствах, Суд полагает, что заявитель может все еще утверждать, что был жертвой нарушения Статьи 6 § 1 ЕКПЧ.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 § 1 ЕКПЧ

37. Суд повторяет что фраза «созданный на основании закона» означает не только законное основание для самого существования «суда», но также и состава суда в каждом случае (см. Buscarini v. Сан-Марино (декабрь), Номер
31657/96, 4 мая 2000, не сообщенный).

Суду поэтому требуется исследовать утверждения по данному делу относительно скандального нарушения внутренних правил назначения народных заседателей. То, что это утверждение касается в существующем случае народных заседателей, не имеет значения, так как, в соответствии со
Статьей 15 Уголовно-процессуального кодекса, права народных заседателей аналогичны правам профессионального судьи.

41 Однако, кроме очевидного нарушения требования Закона о Народных заседателях относительно выбора по жребию и службы две недели ежегодно, Суд особенно поражен фактом, что Администрация Неклиновского Района — орган, ответственный за назначение народных заседателей – подтвердила, что не имеется никакого списка народных заседателей, назначенных до 4 февраля
2000. Власти, таким образом, не сумели представить какие-либо юридические основания для участия Госпожи Стреблинской и Госпожи Ховяковой в отправлении правосудия в день судебного разбирательства заявителя, имея в виду, что список, принятый 4 февраля 2000 вступил в силу только 15 июня
2000 после его одобрения Ростовским Областным Законодательным органом.

Эти обстоятельства, в совокупности, не позволяют Суду согласиться, что
Неклиновский Районный суд, который рассматривал дело заявителя 22 мая 2000, может быть расценен как «суд, созданный на основании закона».

42. Соответственно имелось нарушение Статьи 6 § 1 ЕКРЧ.

46. Суд соглашается, что заявителю причинен ущерб не денежного характера в результате его обвинительного приговора незаконно составленным судом. Оценивая его по справедливости и с учетом обстоятельств дела, Суд присуждает истцу EUR 500.

47. Заявитель также требовал, без указания какой-либо суммы, компенсации юридических издержек, которые он понес в ходе разбирательства дела в России.

49. Однако, в отсутствие каких-либо документальных подтверждений, решение этого вопроса невозможно.

ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ, СУД ЕДИНОДУШНО

1. Постановляет, что заявитель может утверждать, что является
«жертвой» в смысле Статьи 34 ЕКПЧ;

2. Постановляет, что имелось нарушение Статьи 6 § 1 ЕКПЧ;

3. Постановляет

(a), что Государство-ответчик обязано выплатить заявителю, в пределах трех месяцев с даты, с которой решение становится окончательным согласно
Статье 44 § 2 ЕКПЧ, EUR 500 (пять сотен евро) в возмещение не денежного ущерба, конвертировав их в национальную валюту Государства-ответчика по курсу на день выплаты, плюс любой налог который может быть наложен на эту сумму;

(b), что по истечении вышеупомянутых трех месяцев до выплаты простой процент должен быть начислен на эту сумму по норме предоставления кредитов
Европейским Центральным Банком в течение периода неплатежа плюс три процента;»[]

Авторский комментарий:

1. Итак, в отдельно взятом районном суде, неопределенное время сажали, оправдывали, конфисковывали имущество и пр. и пр. с ведома
«профессиональных судей» некие самозванцы, под видом народных заседателей, полномочия которых поленились даже формально как-нибудь оформить.

2. Обращает на себя внимание то, что не была использована процедура мирового соглашения, а именно РФ не выплатило Посохову требуемые им 10 тыс. евро добровольно, даже после того, как ЕС принял дело к рассмотрению, официальные представители РФ предпочли сэкономить 9500 евро.

4. Ростовский областной суд, Правительство РФ даже в ожидании позорного для России решения Европейского Суда, считают, что участие
«самозванцев» в правосудии – это такая мелочь, что удивительно, как приличные люди могут на это обращать внимание.

Согласно данного решения, могут быть пересмотрены все дела с участием конкретных народных заседателей Стреблянской и Ховяковой, а также в отдельно взятом Неклиновском райсуде. А если учесть очевидный факт, что и другие народные заседатели в РФ могли назначаться с подобными нарушением процессуальных норм, это может привести к настоящему обвалу: все подобные приговоры фактически должны быть отменены.

Есть надежда, что данное дело послужит хорошим уроком для судебной системы РФ и впредь таких грубейших нарушений допускаться не будут.

Обращает внимание на себя факт, что пока ещё слабо российскими заявителями аргументируется причинно-следственная связь между понесенным ущербом и фактом нарушения Конвенции.

Заключение.

Можно сделать вывод, что трудно ожидать легкости и быстроты разрешения вопросов через Европейский Суд по правам человека (как, наверное, через любой суд), вместе с тем контрольные функции Конвенции доказали свою эффективность. Выносимые решения не только восстанавливают нарушение прав в конкретном случае хотя и это также важно, — сколько предотвращают повторное нарушение и оказывают давление с целью приведение национальных стандартов в соответствие с Конвенцией. [17, стр. 65]

Прецендентный характер решений, выносимых Европейским Судом по правам человека, оказывает всё всёвозрастающее влияние на национальные правовые системы европейских стран. За 50 лет его работы государства участники страстбургского контрольного механизма около 300 раз принимали так называемые «меры общего характера», внося по итогам рассмотрения жалоб в Суде или Европейской комиссии по правам человека соответствующие коррективы в своё законодательство и правоприменительную практику.

Наиболее актуальным, действенным для достижения указанной цели является переподготовка практикующих юристов судебной системы и прокуратуры
РФ, преподавание прецедентного Европейского права в юридических ВУЗ-х — в подтверждении указанного тезиса кроме Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптева высказался и Уполномоченный по правам человека в РФ О. Миронов, «в органах Совета Европы сложилась коренным образом отличающаяся от российской системы так называемого прецедентного права (признающая одним из главных источников права судебные решения), во многом базирующаяся на англосаксонских принципах. В этой связи существенные перемены должны произойти в психологии российских юристов: судей, прокуроров и адвокатов. Также требуют соответствующих изменений механизмы подготовки и переподготовки юридических кадров»[21, стр.5].

На мой взгляд, для устранения противоречий с практикой Европейского суда наиболее важно внести следующие изменения в действующее российское законодательство:

1. Отменить де-юре смертную казнь, тем более, что де-факто это уже реализовано. А именно, внести соответствующие изменения в ст.ст.,

105, 277, 295, 317, 357 Уголовного кодекса РФ.

2. Установить предельные сроки на содержание под стражей после передачи дела в суд первой инстанции, установив процедуру аналогичную содержанию под стражей в ходе предварительного следствия. Необходимо внести соответствующие дополнительные статьи в Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

Кроме переподготовки практикующих юристов и изменения системы обучения в ВВУЗ-х, необходимо построение национальной системы правового просвещения, ориентированной на ознакомление должностных лиц и граждан с основополагающими правами и свободами граждан, методами и формами их защиты. В любом случае, только при наличии достаточного уровня правовой грамотности широкой массы граждан, их активной позиции при отстаивании своих прав возможно построение подлинно гражданского общества, которое и является наиболее ценным капиталам любого государства.

Список использованной литературы

1. Конституция Российской Федерации. М.: «Юридическая литература»,

1993.

2. Конвенция о защите прав человека и основных свобод // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. №2. Ст.163.

3. Федеральный конституционный закон «О чрезвычайном положении» //

Собрание законодательства Российской Федерации. № 23. Ст.2277

4. Закон РСФСР «О милиции» (с изменениями и дополнениями по состоянию на 20 июня 1996 года) // Правовые основы деятельности МВД России. 1 том. Второе издание. М., 1996. С. 246.

5. Закон «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах

Российской Федерации» // Ведомости Съезда народных депутатов

Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации.

1993. № 32. Ст.1227

6. Федеральный закон “О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией

Конвенции о защите прав человека и основных свобод” // Собрание законодательства Российской Федерации .2001. № 13. Ст.1140.

7. Федеральный закон «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» // Собрание законодательства

Российской Федерации. 1996. №34. Ст.4029.

8. Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об основных гарантиях прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» // Собрание законодательства

Российской Федерации. 1999. №14. Ст.3133.

9. Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях»

// Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 39.

Ст.4465.

10. Постановление Европейского суда по правам человека. // Российская газета от 24 апреля 2003.

11. Постановление Конституционного Суда РФ № 867 от 02.02.1999 г.//

Собрание законодательства РФ № 6 от 08.02.1999 .

12. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 1998 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности положений части первой и третьей статьи 8 Федерального закона от 15 августа 1996 года «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» в связи с жалобой гражданина

А.Я.Аванова» // Собрание законодательства Российской Федерации.

1998. № 4.Ст. 531.

13. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1998 года № 4-П «По делу о проверке конституционности пунктов 10,12 и 21 Правил регистрации и снятия граждан Российской

Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713″ // Собрание законодательства Российской Федерации.

1998. № 6. Ст.783.

14. Регламент Европейского Суда по правам человека. // Российская

Юстиция № 5 2002

15. Бессарабова А. Европейский суд обязал вернуть сельской библиотекарше Анне Рябых деньги, сгоревшие в Сбербанке в 1991 году.

С процентами. //Комсомольской правды за 6 мая 2003 г.

16. Берестев Ю. Юрий Тайков против РФ//.Журнал «Российская юстиция» № 4

2001 г.

17. Берестнев Ю. Меры общего характера. //Журнал Российская Юстиция №

12 2002

18. Берестнев Ю. Россия заплатит 3000 евро за нерасторопность своих чиновников. //Журнал Российская Юстиция № 7 2002

19. Вопрос о разбирательстве дела независимым и беспристрастным судом.// Бюллетень Европейского суда по правам человека № 1 2003 г.

20. Воскобитова М.Р. «Обзор решений Европейского суда по правам человека на предмет приемлемости по жалобам, поданным против РФ».

//Журнал Государство и право. 2002 №8,

21. Глотов С.А., Петренко Е.Г. Права человека и их защита в Европейском суде. М., 2000.

22. Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская Конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: право и практика. М.,

1998.

23. Дымарский В. Как один Бурдов армию чиновников засудил. //Российская газета от 4 июля 2002 г.

24. Зимненко Б.Л. Недействительность оговорок к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод //Московский журнал международного права. № 2 2002/46

25. Исаков В.Б. Конвенция о защите прав человека и основных свобод. М.,

1999.Куинн Ф. Права человека и ты. Варшава 1998.

26. Лопач Л. Понятие «имущества» в российском праве и в Конвенция о защите прав человека и основных свобод. //Журнал Российская Юстиция

№ 1 2003

27. Лукьянцев Г.Е. Европейские стандарты в области прав человека. М.,

2000г.

28. Сафронов А. В. интервью с П.А. Лаптевым; М.В. Купчин «Прецедентное право Европейского суда по правам человека: к вопросу о юридической природе»//Журнал Совет Европы и Россия № 2, 2000.

29. Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской

Федерации »//Журнал Совет Европы и Россия № 2, 2002.

30. Чернышова О. Жалобы против России в Европейском Суде по правам человека. //Журнал Российская Юстиция № 4 2002

31. Фринберг Э. Европейский Суд по правам человека: сегодняшние заботы и завтрашние реформы. //Журнал Российская Юстиция № 12 2002

32. Эрделевский А.М. Обращение в Европейский Суд. М., 1999.

33. Якубовские Дмитрий и Елена. Что такое арест и как с ним бороться.

М., 1999.

————————

Комитет министров контролирует исполнение его решений: статья 46

Решение Большой

Палаты: статья 43(3) и статья 44

Отклонение: судебное решение остается в силе

Просьба: принимаемая в исключительных случаях составом из 5 судей: статья

43

Судебное решение; статьи 29 и 44(2)

(и просто компенсация, если необходимо: статья 41)

Передача в Большую

Палату Суда: статья 43

Без дружественного урегулирования

Разбирательство по установлению фактов и дружественному урегулированию

Дружественное урегулирование: завершение дела

Допустимое дело

Рассмотрение допустимости: статьи 29 и 35

Недопустимо: завершение дела

Палата суда

Суд:

Комитет в составе

3 судей

Недопустимо: единодушное решение: завершение дела

Индивидуальное заявление:

статья 34

Межгосударственные заявления: статья 33

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ возмещается вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей.

В число договорных обязательств входят отношения, вытекающие из трудового договора, договора подряда, поручения и иных обязательств, связанных с личным трудом граждан в интересах других лиц.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью лиц при исполнении ими обязанностей военной службы, службы в полиции, судебных органах, органах прокуратуры и т.п., включено в комплекс мер по их социальной защите и рассматривается в соответствующих законах, к числу которых относятся законы «О статусе военнослужащих», «О полиции», «О внутренних войсках МВД РФ», «О пожарной безопасности», «О прокуратуре в РФ», «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов», «Об органах Федеральной службы безопасности в РФ», «Об оперативно-розыскной деятельности», «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации».

Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» регулирует отношения по возмещению вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей.

Согласно п. 4 ст. 7 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право на получение страховых выплат в случае смерти в результате наступления страхового случая может быть предоставлено по решению суда нетрудоспособным лицам, которые при жизни застрахованного имели заработок, в том случае, когда часть заработка застрахованного являлась их постоянным и основным источником средств к существованию. Отсюда следует, что только обращением в суд с иском к страховщику указанные лица могут реализовать свое право на страховые выплаты. Это связано с тем, что в данном случае вопрос об источниках и объеме средств к существованию заинтересованного лица при жизни застрахованного в силу его спорности может быть разрешен только судом.

Рассмотрение дел, связанных с применением ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», иногда носит характер особого производства по установлению факта несчастного случая, произошедшего на производстве. Заявление об установлении факта принимается судом тогда, когда, например, расследование несчастного случая не производилось; акт о несчастном случае не составлялся и составить его в данное время не представляется возможным; акт о несчастном случае был составлен, но впоследствии был утрачен и не может быть восстановлен; при составлении акта была допущена ошибка, препятствующая признанию факта несчастного случая, и исправить эту ошибку можно только в судебном порядке. Возможно оспаривание сведений, содержащихся в акте о несчастном случае, в частности, когда в нем указывается на грубую неосторожность застрахованного, которая содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, а застрахованное лицо возражает относительно указания в акте на его грубую неосторожность либо оспаривает вывод по расследованию страхового случая о размере степени его вины.

Судами рассматриваются различные дела по спорам, связанным с возмещением вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, например:

— о возмещении утраченного заработка;

— о возмещении дополнительных расходов, вызванных повреждением здоровья;

— о компенсации морального вреда;

— о возмещении вреда в связи со смертью кормильца;

— об увеличении или уменьшении размера присужденных сумм в возмещение вреда при изменении степени утраты трудоспособности, изменении круга лиц, имеющих право на возмещение вреда по случаю потери кормильца;

— о присуждении платежей в возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья, на новый срок после медицинского переосвидетельствования;

— о возмещении вреда, причиненного здоровью, за период временной нетрудоспособности, если пособие по временной нетрудоспособности потерпевшему не подлежит выплате или не полностью возмещает вред от утраты заработка, и некоторые другие.

Все иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, могут предъявляться по выбору истца, помимо места жительства или нахождения ответчика, также по месту жительства истца или по месту причинения вреда (ч. 5 ст. 29 ГПК РФ). Исковое заявление государственной пошлиной не оплачивается. С точки зрения родовой подсудности указанной категории дел, то эти дела не включены в перечень дел, подсудных мировому судье (ст. 23 ГПК РФ). Требования о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца по первой инстанции рассматриваются районными судами. Это же правило относится и к делам о компенсации морального вреда.

Истцами по делам о возмещении вреда, причиненного здоровью, выступают сами потерпевшие граждане.

В определенных законом случаях иски о возмещении вреда, причиненного здоровью граждан, могут предъявляться не только самими потерпевшими гражданами, но в их интересах и иными лицами.

Правом на обращение в суд с иском о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью несовершеннолетнего, обладают законные представители ребенка, т.е. родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом.

Когда в результате вреда, причиненного жизни гражданина (кормильца), наступила его смерть, в качестве истцов могут выступать лица, которым законом предоставлено право на возмещение вреда в случае смерти кормильца.

К числу таких лиц в соответствии со ст. 1088 ГК РФ относятся нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими 14 лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

По общему правилу вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, подлежит возмещению лицом, их причинившим (ст. 1064 ГК РФ). Ответчиками по данной категории дел могут выступать как физические, так и юридические лица.

Вред может быть причинен работником юридического лица или гражданина при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Ответчиком в данном случае выступает соответствующий работодатель — юридическое лицо, гражданин.

При причинении вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности ответчиками по делу являются юридические лица и граждане, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (ст. 1079 ГК РФ).

Когда вред здоровью гражданина причинен противоправным действием несовершеннолетнего лица, закон устанавливает специальные правила, которые заключаются в том, что имущественная ответственность может быть возложена на лиц, не являющихся непосредственными причинителями вреда. К ним относятся физические и юридические лица, которые в силу закона, акта органа местного самоуправления, акта органа государственной власти субъекта РФ, решения суда или договора осуществляют права и исполняют обязанности по воспитанию и образованию детей, а также надзор за ними.

Так, в соответствии со ст. 1073 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим 14 лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны.

Согласно п. 1 ст. 1074 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред, в том числе жизни и здоровью, на общих основаниях. Следовательно, они и выступают как ответчики по делу.

Применительно к случаям причинения вреда здоровью несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет возникает вопрос обязательного соучастия. Если у несовершеннолетнего нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, которые должны быть привлечены к участию в деле в качестве соответчиков.

Соответчиками по делу в аналогичной ситуации могут выступать и юридические лица — соответствующие воспитательные, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты населения или другие учреждения, — которые в силу закона являются попечителями несовершеннолетнего.

Иски о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, могут предъявляться и к государству.

В ч. 3 ст. 66 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан указано, что вред, причиненный здоровью граждан в результате загрязнения окружающей природной среды, возмещается государством, юридическим или физическим лицом, причинившим вред, в порядке, установленном законодательством РФ.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. От имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если законом эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

По делам о возмещении морального вреда, связанного с причинением вреда жизни и здоровью гражданина, ответчиком выступает непосредственный причинитель вреда, в том числе в случаях возмещения вреда застрахованному лицу, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

Действующее гражданское законодательство выделяет следующие условия наступления деликтной ответственности: наличие вреда; противоправность деяний причинителя вреда; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда (ст. 1064 ГК). Собственно эти четыре группы фактов и составляют предмет доказывания по делам о возмещении среда.

Под вредом здоровью понимаются:

— телесные повреждения, т.е. нарушение анатомической целостности органов и тканей или их физиологических функций;

— заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических.

В законодательных актах также содержатся легальные определения отдельных понятий, конкретизирующих более общее понятие «вред здоровью», тем самым указывающих на юридические факты, подлежащие установлению в процессе рассмотрения дел о возмещении вреда здоровью.

Общие условия или основания возникновения обязательства из причинения вреда включают в себя в качестве необходимого условия вину причинителя вреда (ст. 1064 ГК РФ). Следовательно, в предмет доказывания включаются факты, подтверждающие наличие или отсутствие вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Рассмотрение и разрешение дел о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, осуществляются по правилам, установленным ГПК РФ.

Одним из основных вопросов при рассмотрении этой категории дел является вопрос о характере и объеме возмещения вреда.

В соответствии со ст. 1085 ГК РФ возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Если потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (п. 4 ст. 1086 ГК РФ).

По достижении малолетним потерпевшим 14 лет, а также в случае причинения вреда несовершеннолетнему в возрасте от 14 до 18 лет, не имеющему заработка (дохода), лицу, потерпевшему помимо расходов, вызванных повреждением здоровья, возмещается также вред, связанный с утратой или уменьшением его трудоспособности исходя из установленного законом прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (п. 2 ст. 1087 ГК РФ).

Если ко времени повреждения его здоровья несовершеннолетний имел заработок, то вред должен возмещаться исходя из размера этого заработка, но не ниже установленного законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (п. 3 ст. 1087 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, необходимо учитывать не только фактически понесенные расходы, но и затраты, которые это лицо должно было произвести для восстановления нарушенного права.

Дело «Нелюбин (Nelyubin) против Российской Федерации» (Жалоба N 14502/04)

 «законным ожиданием», что задолженность будет выплачена,

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

(Первая секция)

Дело «Нелюбин (Nelyubin) против Российской Федерации» 

(Жалоба N 14502/04)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА

г.Страсбург

2 ноября 2006 года



По делу «Нелюбин против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе: 

Х.Л.Розакиса, Председателя Палаты

Л.Лукайдеса, 

Ф.Тюлькенс, 

Н.Ваич, 

А.Ковлера, 

Э.Штейнер, 

X.Гаджиева, судей, 

а также при участии С.Нильсена, Секретаря Секции Суда

заседая 12 октября 2006 года за закрытыми дверями, принял следующее постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано жалобой (N 14502/04), поданной 14 марта 2004 года в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Владимиром Константиновичем Нелюбиным (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. В Европейском Суде интересы заявителя представляла Анисимова С., адвокат из г.Липецка. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А.Лаптевым.

3. Заявитель жаловался на отмену в порядке надзора судебного решения, вынесенного в его пользу, и на предполагаемое нарушение его прав собственности.

4. 9 сентября 2005 года Европейский Суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

5. Власти Российской Федерации возражали против одновременного рассмотрения жалобы по вопросу приемлемости и по существу. Рассмотрев возражения властей Российской Федерации, Европейский Суд отклонил их.

6. Проведя консультации со сторонами, Палата приняла решение о том, что необходимость в проведении слушаний по данному делу отсутствует (пункт 3 in fine правила 59 Регламента Суда).

Факты

I. Обстоятельства дела

7. Заявитель, 1948 года рождения, проживает в г.Липецке. В 1994 году он уволился из Вооруженных Сил Российской Федерации.

8. В 2002 году заявитель подал исковое заявление в Правобережный районный суд г.Липецка о взыскании с военного комиссариата Липецкой области суммы невыплаченной за период с февраля 1994 года по ноябрь 1998 года пенсии.

9. 15 июля 2002 года Правобережный районный суд г.Липецка удовлетворил исковые требования в полном объеме и присудил заявителю сумму в размере 32947 рублей 11 копеек за невыплаченную пенсию. В ноябре 2002 года военный комиссариат Липецкой области произвел выплату присужденной суммы.

10. Заявитель подал новый иск в Правобережный районный суд г.Липецка о взыскании с военного комиссариата Липецкой области ущерба, причиненного в связи с задержкой при выплате пенсии.

11. 27 января 2003 года Правобережный районный суд г.Липецка присудил заявителю сумму в размере 145835 рублей 69 копеек в качестве компенсации ущерба.

12. Военный комиссариат Липецкой области не обжаловал данное судебное решение в кассационном порядке, и оно вступило в силу 6 февраля 2003 года и стало подлежать исполнению.

13. 23 февраля 2003 года службой судебных приставов по Правобережному району г.Липецка было возбуждено исполнительное производство на основании указанного судебного решения.

14. 20 мая 2003 года военный комиссариат Липецкой области подал надзорную жалобу о пересмотре судебного решения от 27 января 2003 года, утверждая, что положения гражданского законодательства о компенсации ущерба не применяются к пенсиям.

15. 25 сентября 2003 года президиум Липецкого областного суда провел надзорное судебное разбирательство по делу. Суд надзорной инстанции отметил, что суд первой инстанции верно установил факты по делу, но неправильно применил положения материального права, поскольку ущерб мог быть взыскан только за последние три года, непосредственно предшествовавшие вынесению судебного решения. На этом основании суд надзорной инстанции отменил судебное решение от 27 января 2003 года и отказал в удовлетворении исковых требований заявителя в полном объеме.
 

II. Применимое национальное законодательство

16. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает следующее:

Статья 362. Основания для отмены или изменения решения суда в кассационном порядке

«1. Основаниями для отмены или изменения решения суда в кассационном порядке являются:

(…)

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права».

Статья 387. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора

«Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права».

Статья 390. Полномочия суда надзорной инстанции

1. Суд, рассмотрев дело в порядке надзора, вправе:

(…)

2) отменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции полностью либо в части и направить дело на новое рассмотрение;

(…)

5) отменить либо изменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции и принять новое судебное постановление, не передавая дело для нового рассмотрения, если допущена ошибка в применении и толковании норм материального права».
 

III. Применимые документы Совета Европы

17. Промежуточная резолюция ResDH (2006) относительно нарушения принципа правовой определенности в результате пересмотра судебных решений в порядке надзора в ходе судебных разбирательств по гражданским делам в Российской Федерации, принятая Комитетом министров Совета Европы 8 февраля 2006 года, в части, применимой к настоящему делу, гласит:

«Комитет министров,

принимая во внимание статью 46 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод

(…)

приветствуя реформу процедуры пересмотра судебных решений в порядке надзора, проведенную введением в действие нового Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившего в силу 1 февраля 2003 года.;

с удовлетворением отмечая, в частности, что некоторые проблемы, касающиеся установленных в указанных выше делах нарушений, были, таким образом, устранены…

однако выражая особую озабоченность тем фактом, что на уровне субъекта один и тот же суд обычно последовательно рассматривает одно и то же дело сначала в кассационной инстанции, а потом в надзорной, и отмечая, что суд должен быть наделен правом исправления всех упущений в решениях нижестоящих судов в ходе одного производства, чтобы последующее обращение с надзорной жалобой было действительно исключительным, если вообще необходимым;

отмечая, что вступившее в силу и подлежащее исполнению судебное решение может быть изменено только в исключительных обстоятельствах, в то время как настоящая процедура надзора позволяет отменить судебное решение ввиду любого допущенного в нем нарушения материального и процессуального права;

подчеркивая, что в эффективной судебной системе любые ошибки и упущения должны устраняться посредством обычного обжалования в суды апелляционной и/или кассационной инстанции, прежде чем судебное решение вступит в силу и будет подлежать исполнению, таким образом, избегая последующую опасность обмануть законные ожидания сторон в отношении вступивших в силу судебных решений;

полагая таким образом, что ограничение пересмотра в порядке надзора вступивших в силу и подлежащих исполнению судебных решений исключительными обстоятельствами должно проходить параллельно с изменением структуры судов и качеством правосудия в целях ограничения необходимости исправления судебных ошибок, что в настоящее время происходит посредством пересмотра судебных решений в порядке надзора;

(…)

призывает власти Российской Федерации в приоритетном порядке провести реформу гражданского процесса в целях обеспечения полного соблюдения принципа правовой определенности, закрепленного в Конвенции, в его толковании в постановлениях Европейского Суда;

призывает власти Российской Федерации посредством этой реформы обеспечить установление процедуры, согласно которой судебные ошибки должны исправляться обычным обжалованием в ходе апелляционного и/или кассационного судопроизводства до того, как судебные решения вступят в силу и соответствующим судам будет предоставлено достаточно средств и полномочий для лучшего осуществления их обязанностей;

призывает власти Российской Федерации до проведения всесторонней реформы рассмотреть вопрос о принятии промежуточных мер, которые бы насколько это возможно ограничили опасность новых подобных нарушений Конвенции, а именно:

— еще более ограничить применение процедуры надзора, в частности путем установления меньшего срока подачи надзорных жалоб и сокращения допустимых оснований для инициирования такой процедуры, чтобы она касалась только наиболее серьезных нарушений закона;

(…)

— ограничить насколько это возможно количество удовлетворяемых надзорных жалоб, которые можно подать по одному и тому же делу;

— воспрепятствовать рассмотрению явно необоснованных и представляющих собой злоупотребление надзорных жалоб, которые представляют собой лишь дальнейшее обжалование, представляемое как несогласие с оценкой, данной нижестоящими судами в рамках их компетенции и в соответствии с законом;

— принять меры, которые стимулировали бы насколько это возможно использование сторонами доступного им в настоящее время кассационного обжалования в целях исправления судебных ошибок до вступления судебных решений в силу и их исполнения…».

Право

I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с отменой судебного решения, вынесенного в пользу заявителя

18. Заявитель жаловался на то, что отмена в порядке надзора судебного решения от 27 января 2003 года нарушила его право на «доступ к правосудию», гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Данные положения в части, применимой к настоящему делу, гласят:

Статья 6

«1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях… имеет право на справедливое… разбирательство дела в разумный срок… судом…».

Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права…».
 

А. Приемлемость жалобы

19. Власти Российской Федерации утверждали, что суд надзорной инстанции вынес правильное и законное решение. Заявитель никогда не обладал ни «существующим имуществом», ни «законным ожиданием» по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку суд надзорной инстанции не усмотрел оснований для присуждения заявителю компенсации ущерба.

20. Европейский Суд отметил, что жалоба заявителя не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский Суд отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, жалоба должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
 

В. Существо жалобы

1. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

21. Власти Российской Федерации отметили, что надзорная жалоба была подана стороной судебного разбирательства лишь спустя три месяца и четырнадцать дней после вступления в силу судебного решения от 27 января 2003 года. Они ссылались на Гражданский процессуальный кодекс Германии, который предусматривает возможность подачи ревизионной жалобы на судебное решение в течение одного месяца после вручения самого решения. Таким образом, нарушение принципа правовой определенности отсутствует.

22. Европейский Суд напомнил, что право на справедливое судебное разбирательство судом, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете Преамбулы к Конвенции, которая декларирует в соответствующей части принцип верховенства закона как часть общего наследия Высоких Договаривающихся Сторон. Одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, помимо прочего, что если суды окончательно рассмотрели вопрос, то их решение не может более подвергаться сомнению (см. постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Брумареску против Румынии» (Brumarescu v. Romania), жалоба N 28342/95, ECHR 1999-VII, § 61).

23. Данный принцип устанавливает, что ни одна сторона судебного разбирательства не вправе требовать возобновления судебного разбирательства лишь в целях повторного рассмотрения и вынесения нового решения по делу. Полномочия вышестоящих судов по отмене или изменению вступивших в силу и подлежащих исполнению судебных решений должны осуществляться для исправления фундаментальных нарушений. Сама лишь возможность наличия двух точек зрения не может служить основанием для пересмотра. Отступления от этого принципа являются обоснованными, если это вызвано необходимостью при обстоятельствах материального и непреодолимого характера (см., mutatis mutandis, постановление Европейского Суда по делу «Рябых против Российской Федерации» (Ryabykh v. Russia), жалоба N 52854/99, § 52ECHR 2003-Х, и постановление Европейского Суда по делу «Праведная против Российской Федерации» (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 года, жалоба N 69529/01, § 25).

24. Европейский Суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому право на рассмотрение любого требования, затрагивающего гражданские права и обязанности, судом. Таким образом, он воплощает в себе «право на суд», в рамках которого право на доступ к правосудию, то есть право возбудить судебное разбирательство по гражданскому делу, составляет один из аспектов. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальная правовая система Высокой Договаривающейся Стороны позволяла, чтобы окончательное и вступившее в силу судебное решение было отменено вышестоящим судом по заявлению государственного служащего, полномочия которого по подаче такого заявления не ограничены временными рамками, и что привело бы к такому результату, при котором судебные решения могли бы быть пересмотрены в любое время (см. упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Рябых против Российской Федерации», §§ 5456).

25. Европейский Суд устанавливал нарушение «права на суд» заявителя, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, по многим делам, по которым судебное решение, вступившее в силу и подлежавшее исполнению, впоследствии было отменено вышестоящим судом по заявлению государственного служащего, полномочия которого по подаче такого заявления не были ограничены временем (см. постановление Европейского Суда по делу «АО «Росэлтранс» против Российской Федерации» (Roseltrans v. Russia) от 21 июля 2005 года, жалоба N 60974/00, §§ 27 и 28; постановление Европейского Суда по делу «Волкова против Российской Федерации» (Volkova v. Russia) от 5 апреля 2005 года, жалоба N 48758/99, §§ 3436; и упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Рябых против Российской Федерации», §§ 5156).

26. В настоящем деле судебное решение от 27 января 2003 года, вынесенное в пользу заявителя, было отменено в порядке надзора на том основании, что Правобережный районный суд г.Липецка неверно применил положения материального права. Европейский Суд должен рассмотреть, было ли полномочие по проведению надзорного рассмотрения дела использовано властями таким образом, чтобы справедливый баланс между интересами отдельного лица и необходимостью надлежащего отправления правосудия был в максимально возможной степени соблюден (см., mutatis mutandis, постановление Европейского Суда по делу «Никитин против Российской Федерации» (Nikitin v. Russia), жалоба N 50178/99, §§ 57 и 59, ECHR 2004).

27. Власти Российской Федерации указали на отличие данной жалобы от указанных выше на основании того факта, что надзорное производство в настоящем деле было инициировано военным комиссариатом Липецкой области, то есть стороной судебного разбирательства, в течение четырех месяцев после вынесения судебного решения. Тем не менее Европейский Суд не счел, что такое различие существенно важно для его оценки.

28. Европейский Суд отметил, что вступившее в силу и подлежащее исполнению судебное решение может быть отменено лишь в исключительных обстоятельствах, а не только в целях получения другого решения по делу (см. упомянутую в § 23 прецедентную практику). В российской правовой системе основания для отмены или изменения судебных решений судами кассационной инстанции в основном совпадают с основаниями для отмены или изменения судебных решений в порядке надзора (сравните пункт четвертый части первой статьи 362 и статью 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Судебное решение от 27 января 2003 года было отменено в порядке надзора ввиду неправильного применения норм материального права. Этот недостаток мог быть устранен при кассационном рассмотрении дела. Таким образом, ситуацию, при которой вступившее в силу решение в пользу заявителя поставлено под сомнение, можно было избежать, если бы военный комиссариат Липецкой области подал кассационную жалобу в установленный законом десятидневный срок.

29. Далее Европейский Суд отметил, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации позволяет стороне подавать надзорную жалобу, даже если ранее ею не исчерпано средство кассационного обжалования. В настоящем деле военный комиссариат Липецкой области не использовал свое право на подачу кассационной жалобы и допустил истечение установленного законом десятидневного срока для обжалования судебного решения от 27 января 2003 года. Вместо этого он обратился с надзорной жалобой спустя более чем три месяца после того, как судебное решение, вынесенное в пользу заявителя, вступило в силу и стало подлежать исполнению и было возбуждено исполнительное производство (см. выше § 13). Власти Российской Федерации не указали каких-либо исключительных обстоятельств, которые воспрепятствовали военному комиссариату Липецкой области своевременно подать кассационную жалобу.

30. Принимая во внимание эти соображения, Европейский Суд пришел к выводу, что, удовлетворив надзорную жалобу военного комиссариата Липецкой области об отмене судебного решения от 27 января 2003 года, президиум Липецкого областного суда нарушил принцип правовой определенности и право заявителя на доступ к правосудию, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Соответственно, имело место нарушение данной статьи.

2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

31. Власти Российской Федерации утверждали, что нарушение права собственности заявителя места не имело, поскольку заявитель не обладал «имуществом».

32. Европейский Суд напомнил, что наличие задолженности, подтвержденное вступившим в силу и подлежащим исполнению судебным решением, наделяет выгодоприобретателя от такого судебного решения «законным ожиданием», что задолженность будет выплачена, и представляет собой «имущество» выгодоприобретателя по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Отмена такого решения представляет собой вмешательство в право на беспрепятственное пользование своим имуществом (см., среди прочих прецедентов, упоминавшееся выше постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Брумареску против Румынии», § 74, и постановление Европейского Суда по делу «Андросов против Российской Федерации» (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 года, жалоба N 63973/00, § 69).

33. Европейский Суд установил, что судебное разбирательство по делу касалось компенсации за несвоевременную выплату пенсии. Существенная денежная сумма была присуждена судом к выплате государственным военным комиссариатом. Отмена подлежащего исполнению судебного решения разрушила надежду заявителя на исполнение вступившего в силу судебного решения и лишила его возможности получить денежные средства, которые он на законных основаниях ожидал получить. При данных обстоятельствах Европейский Суд счел, что отмена судебного решения от 27 января 2003 года в порядке надзора наложила чрезмерное бремя на заявителя и, таким образом, была несовместима с положениями статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Таким образом, имело место нарушение данной статьи.
 

II. Применение статьи 41 Конвенции

34. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
 

А. Ущерб

35. Заявитель потребовал присудить ему 145835 рублей 69 копеек в качестве компенсации материального ущерба, представляющие собой сумму, полагавшуюся ему по судебному решению от 27 января 2003 года. Он не требовал компенсации морального вреда.

36. Власти Российской Федерации утверждали, что компенсация заявителю не должна быть присуждена, поскольку требования заявителя были отклонены национальными судами.

37. Европейский Суд напомнил, что в настоящем деле он установил нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, состоящее в том, что судебное решение, вынесенное в пользу заявителя, было отменено через четыре месяца после того, как оно вступило в силу и стало подлежать исполнению. Таким образом, заявителю воспрепятствовали в получении денежных средств, которые он на законных основаниях ожидал получить. Таким образом, имеется причинно-следственная связь между установленным нарушением и требованием заявителя о компенсации материального ущерба. Соответственно, Европейский Суд присудил заявителю затребованную сумму в полном объеме, то есть 145835 рублей 69 копеек плюс сумму любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.
 

В. Судебные расходы и издержки

38. Заявитель не потребовал компенсации судебных расходов и издержек Соответственно, Европейский Суд не присудил компенсации в связи с этим.
 

С. Процентная ставка при просрочке платежей

39. Европейский Суд счел, что годовая процентная ставка при просрочке платежей должна рассчитываться на основе простой кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

На этих основаниях суд единогласно:

1) объявил, жалобу приемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;

4) постановил:

a) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции145835 (сто сорок пять тысяч восемьсот тридцать пять) рублей 69 (шестьдесят девять) копеек в качестве компенсации материального ущерба, причиненного заявителю, плюс любую сумму налогов, которые могут быть установлены в отношении данной суммы;

b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты.

Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 2 ноября 2006 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
 

Секретарь Секции Суда
Серен Нильсен

Председатель Палаты
Христос Розакис

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *